Меню Рубрики

Что не изучено о стрессе

В прошлом году я уже писала тему о стрессе «Стресс и методы борьбы со стрессом». Теперь я хочу посмотреть на вопрос стресса с научной стороны, с помощью исследований в этой области.
Для начала краткое введение:
Стресс – это состояние психофизиологического напряжения, возникающее у человека под влиянием любых сильных воздействий и сопровождающееся мобилизацией защитных систем организма и психики.
Понятие «стресс» было введено в 1936 году канадским физиологом Гансом Селье. Автор понятия выделял эустресс – так называемый «нормальный» стресс, который служит целям сохранения и поддержания жизни, и дистресс – патологический стресс, проявляющийся в болезненных симптомах. Теория стресса стала популярной, но само слово вошло в обиход именно во втором значении – как патологическое явление.
В процессе функционирования человеческий организм воспринимает большое количество сигналов, и во время обработки этих сигналов наше тело «переключается» в подходящий режим – эустресс. Если интенсивность и количество раздражителей увеличивается, а организму не хватает ресурсов для эффективной обработки, или ему приходится работать в режиме мобилизации всех сил долгое время – возникает состояние дистресса, которое может привести к соматическим заболеваниям и различным психическим отклонениям.

Механизм стресса следующий. Первым делом происходит подъем уровня гормонов – гипоталамус дает сигнал на выработку адреналина и кортизола, которые помогают адекватно реагировать на любой раздражитель, указывающий на наличие угрозы. Адреналин приводит к учащению сердечного ритма, увеличению кровяного давления и выработке дополнительной энергии. Кортизол влияет на выведение в кровь глюкозы, что также увеличивает энергетические ресурсы. Повышается внимание и бдительность, возникает возбуждение и готовность к реакции на угрозу. Все остальные функции организма, второстепенные по отношению к способности мгновенно реагировать – например, пищеварение или половое влечение – в этот момент подавляются. Сама гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковая стрессовая система (ГГНС), обеспечивающая выработку стрессовых гормонов, запускает также выработку опиоидных пептидов, которые подавляют активность стрессовой системы и способствуют выделению обезболивающих веществ. Такая регуляция происходит автоматически, и при снижении уровня стрессовых гормонов в крови все показатели возвращаются к норме.

Традиционно с дисрегуляцией функционирования стрессовой системы связывают несколько заболеваний. Так, для меланхолической депрессии характерна гипервозбудимость (тревожность), подавление пищевого и сексуального поведения (анорексия, подавление либидо), а также чрезмерное и длительное перенаправление энергии (тахикардия, гипертония). Кроме того, у депрессивных больных внимание и другие когнитивные ресурсы направлены на негативную информацию и депрессивные идеи, что само по себе является неадаптивным поведением. Хроническая активация ГГНС также была найдена у таких расстройств, как нервная анорексия, паническая тревожность, ОКР, алкоголизм, синдром отмены при алкогольной и наркотической зависимостях. Она возникает также при чрезмерных физических нагрузках и недостатке здорового питания, и может быть одним из последствий сексуального абьюза у девочек. Сезонная депрессия в зимнее время, послеродовый период, прекращение курения и синдром хронической усталости представляют собой состояния гиповозбуждения: когда выделение стрессовых веществ понижено, и возникает повышенный аппетит и сонливость. Дисрегуляция стрессовой системы в подростковый период может стать причиной развития шизофрении, депрессии, нервной анорексии и зависимостей от веществ.

На рисунке: Hypothalamus – гипоталамус, pituitary – гипофиз, CRH – гормон высвобождения кортикотропина, ACTH – гормон адренокортикотропина, GSC – глюкокортикоиды.

Рост организма и репродуктивное поведение напрямую зависят от стрессовой системы. Вещества ГГНС вызывают подавление репродуктивного поведения и влияют на работу половых желез (от которых зависит образование вторичных половых признаков). У бегунов обоих полов, спортсменов и балетных танцоров часто регистрируют повышенный уровень кортизола и адренокортикотропного гормона, что приводит к пониженному уровню тестостерона у мужчин и отсутствию менструального цикла у женщин. Длительная активность ГГНС подавляет выделение гормона роста: термин «психосоциальная карликовость» описывает ситуации, когда у детей и подростков замедляется рост и половое созревание из-за эмоциональной депривации или насилия. Младенцы, не получавшие достаточного внимания со стороны взрослых (например, во время длительной госпитализации) имеют высокий риск задержки роста и развития.
Длительное и чрезмерное присутствие в крови глюкокортикоидов (которые активируют выделение энергии во время стресса, повышают давление, влияют на стенки сосудов; кортизол один из них) ассоциируется с ожирением внутренних органов, устойчивостью к инсулину (из-за которой может развиться диабет), гипертонией, а также может привести к атеросклерозу и как результат – к высокому риску смертности от сердечно-сосудистых заболеваний.
Исследованиями доказано, что активация стрессовой системы подавляет работу желудка и ускоряет моторную работу кишечника. Хроническая активность ГГНС приводит к проблемам ЖКТ и синдрому раздраженного кишечника. Иммунная система и стрессовая система работают в тонко слаженном балансе. Стрессовая система активируется во время болезни и участвует в подавлении воспалительной реакции. Дисрегуляция в работе ГГНС может привести, с одной стороны, к повышенной чувствительности к инфекциям и неоплазиям (неконтролируемый рост клеток), а с другой, к чувствительности к аутоиммунным воспалительным заболеваниям.

Впечатляющая информация, вы согласны, уважаемые сообщники? В таком контексте совсем по-другому выглядит многолетний стресс на работе. Или советы «выйти из зоны комфорта».
При этом, согласно исследованию от 2012 года, только 33,7% опрошенных (из 186 миллионов) считают, что стресс оказывает серьезное влияние на их здоровье.

Итак, исследования.
Первым мое внимание привлекло исследование 2000 года о гендерных различиях в реакциях на стресс. Группа исследователей провела анализ ряда научных работ и источников в этой области и пришли к основному выводу: женщины склонны не к реакции бороться-или-бежать в ответ на стресс, а к реакции забота-и-дружба. До 1995 года женщины составляли всего 17% участников лабораторных исследований (причина была интересной: из-за репродуктивного цикла, влияющего на нейроэндокринные реакции, считалось, что их результаты в подобных исследованиях будут противоречивы и непоследовательны), поэтому сей феномен долго оставался незамеченным. Исследователи изучили 200 работ по теме стресса, проведенных начиная с 1985 года, с общим количеством в 14548 испытуемых (66% были мужского пола). И сформировали теорию, ставящую репродуктивные отличия женщин в центральное место при изучении стресса.
Из-за изначальной более низкой эффективности материнского инвестирования в воспроизведение по сравнению с мужчинами, возникла эволюционная необходимость в появлении таких реакций на стресс, которые не ставят под угрозу ребенка и мать и максимально увеличивают их выживаемость. Заботливое поведение и гармония с окружающей средой способно разрешить более широкий ряд угроз по сравнению с прямой борьбой или побегом. Более того, те, кто способен использовать в целях безопасности социальное окружение, будут более успешны в решении задач выживания. Нейробиологическим основанием такого поведения исследователи видят в системе привязанности, в частности, в воздействии окситоцина и опиоидных пептидов. При этом они подчеркивают, что нейроэндокринное ядро стрессовых реакций практически идентично у мужчин и женщин. У обоих полов происходит резкий выброс различных гормонов: окситоцина, вазопрессина и гормона высвобождения кортикотропина, который в свою очередь отвечает за производство адренокортикотропического гормона, который запускает выпуск кортизола, кортикостерона и других активных веществ. Но для матери с ребенком побег часто не является доступной опцией; наоборот, она должны позаботиться о защите ребенка и об его успокоении. Учитывая эти различия, становится очевидным, что должны существовать нейроэндокринные механизмы, развившиеся с течением эволюции для удовлетворения необходимости в ином типе поведения.
Связь между уровнем тестостерона и склонностью к агрессивному поведению подтверждена исследованиями. У женщин тестостерон не играет существенной роли в возникновении агрессивных реакций; исследователи предполагают, что такая разница возникает прежде всего из-за разницы в ответе не стрессовый фактор. Мужчины не обязательно агрессивнее женщин, просто паттерны агрессивного поведения и лежащие в их основе механизмы у полов принципиально отличаются. Реакция на стресс по типу борьбы чаще встречается у мужского пола – это было подтверждено на грызунах, приматах и людях. При этом реакция борьбы у женского пола, хоть и широко задокументирована как явление, определяется обстоятельствами ситуации и в основном возникает при необходимости защиты, и чаще участвует в взаимодействии женщина-женщина, чем женщина-мужчина; тогда как у мужчин эту реакцию вызывает более широкий перечень угроз.
Что касается реакции бегства, то исследователи указывают на существование нейрофизиологических механизмов, влияющих на ее подавление. И у мужчин, и у женщин во время стресса выделяется окситоцин, который обладает расслабляющим и успокаивающим действием, уменьшает страх и стимулирует заботливое поведение, что является противоположностью бегства. Однако, действие окситоцина по-разному разворачивается в женском и мужском организмах. У женщин его действие усиливается с помощью гормона эстрогена, приводя к более выраженной устойчивости к тревоге и к меньшей склонности к реакции по типу «замри». Тогда как мужские половые гормоны влияют на подавление выделения окситоцина.
Окситоцин и эстроген также могут являться центральным звеном при возникновении реакции по типу «забота». Так, в исследовании еще 1979 года было продемонстрировано, что прикосновение к телу во время стресса оказывает благотворный поведенческий и физиологический (особенно в отношении сердечно-сосудистой системы) эффект на женщин (больше, чем на мужчин); для мужчин же прикосновение в большей степени вызывает отвращение. Кроме того, заботливое поведение во время угрозы не только успокаивает ребенка, но и содержит в себе потенциальную пользу для его дальнейшего развития. Исследования показали, что успокаивающий массаж помогает младенцам лучше расти, быть более спокойными и более терпимыми к боли. Прикосновение и массаж были ассоциированы с улучшенной иммунной функцией и уменьшенным ощущением боли. Исследования 1989 и 1997 годов показали интересную разницу во влиянии рабочего стресса на родительское поведение: межличностные конфликты во время рабочего дня у мужчин приводили к конфликтам в семье по вечерам; сильный стресс без межличностных конфликтов у мужчин приводил к отстраненности от семьи; у женщин картина была другой: чем выше был уровень стресса, заявляемого матерью, в течении рабочего дня, тем о более заботливом поведении матери сообщали дети. Исследование 2000 года получило схожие результаты в разнице между мужским и женским родительским поведением.
Жизнь в группе имеет очевидные преимущества по обеспечению безопасности перед одиночным существованием. Склонность к групповому сосуществованию является выгодной эволюционной стратегией. Для женщины с ребенком реакция бегства-борьбы часто недоступна; вместе с тем, угроза может возникнуть как из окружающей среды, так и от находящихся в группе мужчин, более того, даже от партнера этой женщины. К сожалению, такая ситуация свойственна и для современного мира. Исследования показывают, что в условиях стресса склонность к присоединению к себе подобным более характерна для женщин, чем для мужчин. Анализ 26 исследований гендерных отличий в стрессе от 1998 года установил, что поиск социальной поддержки у женщин является наиболее распространенной стратегией. В стрессовых условиях шума и жары мужчины предпочитают меньшее количество межличностных контактов; женщины, наоборот, стремятся к сокращению межличностной дистанции. При этом стремление к присоединению у женщин касается представителей своего же пола; в выборе между незнакомым мужчиной и одиночеством женщины выбирают одиночество. Традиционно женщины обладают бóльшим количеством социальных связей, чем мужчины, и обладают бóльшими ресурсами для привлечения помощи со стороны других, чем мужчины; они также склонны предоставлять более частую и более эффективную поддержку другим, чем мужчины. Таким образом, исследователи делают вывод о том, что женщинам более свойственна реакция на стресс «забота и дружба».

В другом исследовании 2008 года тоже сосредоточились на гендерных отличиях в переживании стресса. Исследователи изучили ряд физиологических (уровень кортизола в крови, частота сердцебиения) и психологических (депрессия, раздражительность, злость, страх) параметров группы, состоящей из 32 женщин и 30 мужчин, во время выполнения социального стресс-теста Триера (TSST). Не было найдено больших отличий между показателями испытуемых разных полов. Женщины сообщили о большем страхе и смущении сразу после прохождения теста, несмотря на то что физиологические параметры были одинаковые. Исследователи подчеркивают, что было бы интересно сравнить результаты при присутствии в процедуре техник, призванных помочь справиться со стрессом. Предыдущее исследование от 2006 года, напротив, обнаружило бóльшую активность стрессовой системы у мужчин по сравнению с женщинами (80 испытуемых, 53 мужчины и 27 женщин).

Интересен и сам стресс-тест Триера. Он был разработан в 1993 году и с тех пор используется для вызывания состояния стресса у испытуемых. Процедура проста: испытуемого приводят в комнату с тремя экспертами, сидящими за столом; ведется видео- и аудиозапись. Эксперты просят испытуемого подготовить пятиминутную презентацию (в большинстве экспериментов ситуацию преподносят как собеседование при приеме на работу). Испытуемому разрешается использовать ручку и бумагу, чтобы подготовиться, но написанные пометки прямо перед выступлением внезапно забирают. Ему предлагается выступать перед экспертами, которые сохраняют нейтральное выражение лица на протяжении всей процедуры и не делают никаких комментариев. Сразу же после выступления испытуемому дают арифметическое задание (считать обратно от 1022 шагом по 13); если испытуемый ошибается, ему говорят начать заново. Перед испытанием и после него берут анализы крови и слюны для установления уровня кортизола. Данный метод наиболее часто используется в исследованиях стресса.

В исследовании 2004 года был проведен сравнительный анализ 208 лабораторных экспериментов по изучению стресса. Анализ показал, что наиболее острые стрессовые реакции с наиболее длительным временем восстановления вызывают неконтролируемые ситуации с социальной оценкой. Неконтролируемость означает неспособность испытуемых повлиять на происходящее, а социальная оценка подразумевает ситуации, в которых испытуемый сталкивается с возможностью получения негативной оценки со стороны других людей. Тест TSST – хороший пример такой ситуации.

В другом исследовании 2004 года были изучены возрастные отличия в переживании стресса: основное внимание исследователей было направлено на частоту биения сердца и скорость восстановления после выполнения задания. Был проведен анализ 5 работ по этому вопросу с общим количеством испытуемых: 28 детей, 34 молодых взрослых и 26 взрослых в возрасте. Все испытуемые проходили тест Триера. Результаты показали, что с возрастом частота биения сердца на стрессовый фактор уменьшалась: наибольшие показатели были у детей, затем молодых взрослых. У девочек были более высокие показатели сердцебиения во время стресса, чем у мальчиков, такая же тенденция сохранилась и для молодых взрослых. У взрослых в возрасте показатели сердечного ритма были схожи у испытуемых обоих полов, но у женщин период возвращения к предэкспериментальным показателям был дольше. Исследователи объяснили такую картину возрастными структурными изменениями сердца: уменьшение мускульной массы сердца и его сокращаемости, снижение чувствительности барорецепторов (чувствительны к изменениям в кровяном давлении) и чувствительности адреналиновых рецепторов.

Читайте также:  Если женщина плачет при беременности и испытывает стресс

В исследовании 2011 года было изучено влияние стресса на память. Исследователи установили, что норадреналин вызывает состояние гипер-бдительности, которое помогает запечатлеть происходящее в памяти. Эффект усиливается при появлении в крови кортикостероидов (глюкокортикоиды, о которых шла речь выше, входят в этот класс, кортизол один из них) – комбинация этих двух гормонов усиливает запоминание. Однако, если уровень кортикостероидов не синхронизирован с уровнем норадреналина, они не действуют заодно: кортикостероиды, наоборот, подавляют эффект норадреналина и в конечном итоге приводят к вытеснению происходящего из памяти. В предыдущем исследовании 2010 года указывалось, что кортикостероиды препятствуют припоминанию, если оно происходит в стрессовых условиях (иными словами, если ученик волнуется, ему будет тяжелее вспомнить и ответить урок). Кроме того, кортикостероиды приводят к переключению с когнитивного, сознательного запоминания, на запоминание неосознаваемое. Хронический стресс приводит к различным изменениям в районах мозга, отвечающих за образование памяти. Разные расстройства имеют свои особенности во взаимодействии стрессовой системы и памяти. Так, ПТСР характеризуется повышенной активностью систем, отвечающих за выделение норадреналина – что приводит к образованию сильных и чрезмерно четких воспоминаний травмирующих событий. Для депрессии свойственен повышенный уровень глюкокортикоидов, что снижает когнитивную гибкость, вызывает переключение на «негибкую» неосознаваемую память и способствует запечатлению негативной информации.

Интересное исследование было проведено в 2013 году. 60 женщин-добровольцев разделили на три группы: 1) прослушивание расслабляющей музыки перед выполнением задания, 2) прослушивание звука капающей воды, и 3) отдых без прослушивания. До и после прохождения теста Триера на стресс у испытуемых взяли показатели кортизола, частоты сердцебиения и прочие. У группы 1 были наиболее высокие показатели уровня кортизола после выполнения TSST, наименьшие были у группы 2. Исследователи сами удивились результатам, противоположным результатам предыдущих работ. Предположили, что частично такая разница может объясняться тем, что испытуемые слушали музыку, которую не выбирали сами (хотя она была оценена как расслабляющая в дополнительном исследовании). Исследователи подчеркнули, что при прослушивании музыки активируются отчасти те же мозговые районы, что и при переживании стресса.

Ну и напоследок исследование, которое меня позабавило. В 2013 году группа из 120 человек оценивали женщин в видеофрагментах, нюхая образцы пота: 1) пот от физических упражнений, 2) пот от стресса, 3) пот от стресса с предварительным применением дезодоранта. Образцы пота были взяты у 44 женщин-добровольцев. Женщины на видео были оценены как испытывающие стресс чаще при образце пота 2 по сравнению с 3 (испытуемыми обоих полов). Испытуемые-мужчины оценивали женщин на видео менее уверенными, менее надежными и менее компетентными при образце пота 2 и 1 по сравнению с образцом 3. Социальные оценки испытуемых-женщин зависимости от образцов не показали.

Уважаемые сообщники, какие выводы у вас получаются после прочтения информации из исследований? Согласны ли вы с результатами исследований, замечаете ли вы на себе похожие эффекты от стресса?
(мне как-то резко захотелось научиться медитации)

Источники:
[ Нажмите, чтобы прочитать ] Neuroendocrinology and pathophysiology of the stress system. Stratakis CA, Chrousos GP. Annals of the New York Academic of Sciences. 1995; 771.
Biobehavioral Responses to Stress in Females: Tend-and-Befriend, not Fight-or-Flight. Shelley E. Taylor, Laura Cousino Klein, Brian P. Lewis, Tara L. Gruenewald, Regan A. R. Gurung, and John A. Updegraff
University of California, Los Angeles. Psychological Review, 2000, Vol. 107, No. 3.
Acute Stressors and Cortisol Responses: A Theoretical Integration and Synthesis of Laboratory Research
Sally S. Dickerson and Margaret E. Kemeny. University of California, Los Angeles. Psychological Bulletin 2004, Vol. 130, No. 3.
Differential heart rate reactivity and recovery after psychosocial stress (TSST) in healthy children, younger adults, and elderly adults: The impact of age and gender. Kudielka BM, Buske-Kirschbaum A, Hellhammer DH, Kirschbaum C (2004). Int J Behav Med 11.
Gender differences in hypothalamic-pituitary-adrenal (HPA) axis reactivity. Uhart M, Chong RY, Oswald L, Lin PI, Wand GS (2006). Psychoneuroendocrinology 31.
Sex differences in emotional and physiological responses to the Trier Social Stress Test. Megan M. Kelly, Audrey R. Tyrka, George M. Anderson, Lawrence H. Price, and Linda L. Carpenter. J Behav Ther Exp Psychiatry. 2008 Mar; 39(1).
Memory formation under stress: quantity and quality. Schwabe L, Wolf OT, Oitzl MS (2010). Neurosci Biobehav Rev 34.
Stress and emotional memory: a matter of timing. Joëls M, Fernandez G, Roozendaal B (2011). Trends Cogn Sci (Regul Ed) 15.
The Effect of Music on the Human Stress Response. Myriam V. Thoma, Roberto La Marca, Rebecca Brönnimann, Linda Finkel, Ulrike Ehlert, Urs M. Nater. PLOS ONE, August 5, 2013.
Chemosignals of Stress Influence Social Judgments. Pamela Dalton, Christopher Mauté, Cristina Jaén, Tamika Wilson. PLOS ONE, October 9, 2013.
Re-conceptualizing stress: Shifting views on the consequences of stress and its effects on stress reactivity. Jenny J. W. Liu, Kristin Vickers , Maureen Reed, Marilyn Hadad. PLOS ONE, March 8, 2017.

источник

Проблема адаптации человека к деструктивным факторам среды привлекает постоянное внимание исследователей. Интерес современной психологической науки к этой проблеме постоянно возрастает в связи с ростом так называемых болезней, связанных со стрессом.

Термин “стресс” (от англ. Stress — давление, напряжение) заимствован из техники, где это слово используется для обозначения внешней силы, приложенной к физическому объекту и вызывающей его напряженность, т.е. временное или постоянное изменение структуры объекта. В физиологии, психологии и медицине этот термин применяется для обозначения состояний человека, возникающих в ответ на разнообразные экстремальные воздействия. Первоначально понятие стресс возникло в физиологии для обозначения неспецифических реакций организма («общего адаптационного синдрома») в ответ на любое неблагоприятное воздействие.

В Советском Энциклопедическом словаре стресс определяется как «состояние напряжения, возникающее у человека или животного под влиянием сильных воздействий, а адаптационный синдром (общий адаптационный синдром) — как совокупность защитных реакций человека или животного (преимущественно эндокринной системы) при стрессе. В адаптационном синдроме различают стадии тревоги (мобилизующие защитные силы), резистентности (приспособление к трудной ситуации), и истощения (при сильном и длительном стрессе может закончиться смертью). Концепции адаптационного синдрома и стресса выдвинуты Г. Селье». Необходимо отметить, что канадский ученый Г.Селье, который ввел понятие стресс в физиологию, применил этот термин в противоположном, по сравнению с техническим, значением. Он называет вредные стимулирующие условия стрессорами, а состояния, вызванные у животных, стрессами, т.е. реакциями на воздействие извне.

Г. Селье предложил теорию стресса в 1936г., а наиболее полное ее представление и развитие нашло отражение в более поздних работах автора (1956, 1974, 1979, 1980).

В теории Г. Селье, названной им как «общий адаптационный синдром», стресс рассматривается с позиции физиологической реакции на физические, химические и органические факторы.

В данной теории стресс рассматривается как неспецифический ответ организма на любое предъявленное организму требование, в каком — то смысле своеобразное, или специфичное.

Известно, что каждое лекарство или гормон обладают специфическим воздействием. Так, мочегонные увеличивают выделение мочи, адреналин учащает пульс и повышает кровяное давление. В то же время, независимо от того, какого рода изменения в организме они вызывают, все эти агенты имеют и нечто общее. Они вызывают необходимость перестройки организма. Эта перестройка неспецифична, но она состоит в адаптации к возникающей трудности, какова бы она не была.

«Другими словами, кроме специфического эффекта, все воздействующие на нас агенты вызывают также и неспецифическую потребность осуществить приспособительные функции и тем самым восстановить нормальное состояние. Эти функции независимы от специфического воздействия. Неспецифические требования, предъявляемые воздействием как таковым, — это и есть сущность стресса». (Селье Г., 1979).

Характеризуя основную особенность данной концепции стресса Л.A. Китаев-Смык отмечает, что объект исследований Г.Селье — неспецифические симптомы адаптации стресса — понятие относительное. Их можно «увидеть», только вычленяя подобные симптомы из множества симптомов адаптации.

В известном труде «О неврозах человека и животного» отмечается, что «в случае неврозов человека они должны быть истолкованы, понимаемы, т. е. анализированы при помощи неврозов животного, как естественно более простые, а не наоборот» (Павлов И.П., 1932). Как физиолог он выделил основные «групповые вопросы», которые следует, прежде всего, определить применительно к неврозу человека, а именно: а) в чем состоит отклонение поведения от нормы, учитывая чрезвычайное разнообразие форм поведения у людей; б) с чем может быть связано происхождение болезненных отклонений человека при условии его хаоса жизненных отношений и разнообразия действующих на него жизненных условий и обстоятельств; в) почему эти условия и обстоятельства формируют болезненное состояние у одного человека, тогда как на другого человека они не оказывают влияния; г) почему они у одного субъекта породили один болезненный комплекс, а у другого — совершенно другой. Слабая сторона учения Павлова состояла в слишком большой обобщенности патофизиологических механизмов, недостаточной увязанности их со средовыми факторами. Поэтому именно на этих направлениях многие современные ученые сосредоточили свои усилия, чтобы в экспериментально-теоретическом исследовании отыскать механизмы общих закономерностей эмоционально-стрессовых состояний.

Так, в своей работе К.И. Погодаев (1976) определяет стресс как состояние напряжения или перенапряжения процессов метаболической адаптации головного мозга. В данной теории развитие синдрома эмоционального стресса, как биологической реакции организма на значимую для данного индивида информацию, в значительной мере определяется состоянием процессов внутриклеточной саморегуляции элементов центральной нервной системы. Они, в конечном итоге, обусловливают, будет ли обеспечено адекватное поведение организма в стресс — ситуации, наступит ли приспособление (адаптация) или произойдет «прорыв» системы психологической адаптации индивида к информационному стресс — воздействию.

Другие авторы Р. Лазарус и С. Фолькман (Lazarus, Folkman, 1986) Л.B. Куликов (1997) определяют психологический стресс как значимые для благополучия личности взаимоотношения со средой, которые подвергают испытанию имеющиеся в распоряжении организма ресурсы и в ряде случаев могут их превышать. В свою очередь Дж. Эверли (1965) считает сущностью стрессовой ситуации утрату контроля над ситуацией, отказ от реагирования.

Ю.С. Савенко (1985) определяет психологический стресс как состояние, в котором личность оказывается в условиях, препятствующих ее самоактуализации.

Э. Фромм (1995) называет стрессом особый вид эмоциогенных ситуаций, в которых нарушается адаптация.

Под стрессом отдельные авторы понимают явление, выражающееся в дезорганизации поведения, вплоть до появления нервно-эмоционального срыва, так и некоторые промежуточные состояния, которые точнее было бы считать проявлением психической напряженности (Наенко Н.И., Овчинников О.В, 1967).

В современной научной литературе термин «стресс» применяется, по крайней мере, в трех значениях. Во-первых, понятие стресс может определяться как напряжение или возбуждение под влиянием любых внешних стимулов или событий. В настоящее время эти стимулы и события чаще стали называть «стрессором», «стресс-фактором». Во-вторых, стресс может относиться к субъективной реакции и в этом значении он отражает внутреннее психическое состояние напряжения и возбуждения. Это состояние интерпретируется как эмоции, оборонительные реакции и процессы преодоления, происходящие в самом человеке. Такие процессы могут содействовать развитию и совершенствованию функциональных систем, а также вызывать психическое напряжение. Наконец, в-третьих, стресс может быть физической реакцией организма на предъявляемое требование или вредное воздействие. Функцией этих физических реакций, вероятно, является поддержка поведенческих действий и психических процессов по преодолению этого состояния (Вабит А., 1990; Бодров В.А., 1995).

В отечественной психологии вопросы поведения людей в экстремальных ситуациях изучали представители психологии труда: В.В. Собольников (1996, 1997), Л.Г. Дикая (1983, 1986), М.Н. Дьяченко (1985), Л.H. Захарова (1997) и др. Вопросами стресса занимаются многие ученые: А.В. Алексеев (1979), Л.П. Гримак (1984, 1989,1991), Л.B. Куликов (1997), А.О. Прохоров (1991), М.С. Яницкий (1995) и др.

В данное время в связи с отсутствием общей теории стресса нет и общепринятого его определения. Так, рассматривая различные варианты определения стресса, N.H. Rizvi (1985) отметил следующее:

1. Иногда это понятие относят к состоянию беспокойства в организме, которое он стремится устранить или уменьшить. В таком смысле понятие стресс немногим отличается от неприятных состояний, таких как тревожность или аверсивные мотивации, слабая боль и диссонанс.

2. Стресс также рассматривается как психологическая и поведенческая реакция, отражающая состояние внутреннего беспокойства или его подавления.

3. Стресс определяется как событие или условие в физическом или социальном окружении, которое ведет к принятию мер по избежанию, агрессии, принятию решения об устранении или ослаблении угрожающих условий. Такое понятие как «стрессоры» подобно понятию опасность, угроза, давление, конфликт, фрустрация

Аналогичный анализ термина «стресс» провел и Л.А. Китаев-Смык (1983), который отмечает, что в современной литературе этот термин встречается при обозначении следующих понятий:

1. Сильное, неблагоприятное, отрицательное воздействие на организм.

2. Сильная неблагоприятная для организма физиологическая или психологическая реакция на действие стрессора.

3. Сильные как неблагоприятные, так и благоприятные для организма человека реакции разного рода.

4. Неспецифические черты физиологических и психологических реакций организма при сильных, экстремальных для него воздействий, вызывающих интенсивные проявления адаптационной активности.

5. Неспецифические черты (элементы) физиологических и психологических реакций организма, возникающих при всяких реакциях организма.

Автор В.А. Бодров (1995) считает, что наиболее адекватным пониманием «стресса» можно признать неспецифическое физиологическое и психологическое проявление адаптационной активности при сильных, экстремальных для организма, воздействиях.

Для прояснения понятия стресса Р. Лазарус (1970) сформулировал два основных положения:

1. терминологическую путаницу и противоречия в определении понятия «стресс» можно будет устранить, если при анализе психологического стресса учитывать не только внешние наблюдаемые стрессовые стимулы и реакции, но и некоторые, связанные со стрессом, психологические процессы, например, процесс оценки угрозы;

2. стрессовая реакция может быть понята лишь с учетом защитных процессов, порождаемых угрозой, физиологические и поведенческие системы реакций на угрозу связаны с внутренней структурой личности, ее ролью в стремлении субъекта справиться с этой угрозой.

Читайте также:  Если жить в постоянном стрессе

Психологический конфликт В.Н. Мясищев (1960) рассматривал как единство объективных и субъективных факторов; он является определяющим условием эмоционального длительного напряжения, интенсивность которого во многом определяется личностным фактором, отражающим субъективную значимость нарушенных отношений в целостной системе связей личности.

В психологической структуре психической напряженности особая роль принадлежит мотивационным и эмоциональным компонентам. Н.И. Наенко (1976) в теоретико-экспериментальных исследованиях обосновал целесообразность разделения понятия психическая напряженность на два вида — операционную и эмоциональную. Первый вид определяется процессуальным мотивом деятельности, который либо совпадает с ее целью, либо находится в близких с ней отношениях. Второй вид (эмоциональная напряженность) обусловливается доминирующим мотивом самоутверждения в деятельности, который резко расходится с ее целью и сопровождается эмоциональным переживанием, оценочным отношением к деятельности.

С физиологических позиций невроз развивается под воздействием психологических механизмов, и, как считают М.Г. Айрапетянц и А.М. Вейн 1981, при этом формируется персистирующий эмоциональный стресс. Эмоциональные нарушения могут выступать как первое пусковое звено возникновения психопатологических нарушений невротического уровня и как фактор, способствующий их декомпенсации и развитию. Исходя из этого, имеются все основания считать, что имеется сопряженность эмоционально-стрессовых состояний с невротическими.

Понятие «эмоциональный стресс», как и понятие «невроз», также не имеет четкого определения. Этот термин обычно используется в расширительном плане и включает целый комплекс состояний: от находящихся в пределах физиологических границ психоэмоционального напряжения до находящихся на грани патологии или психологической дезадаптации и развивающихся как следствие длительного, или эмоционального повторного напряжения. Выделение категории «эмоциональный стресс» и противопоставление ее понятию стресса как общего адаптационного синдрома, по Н. Selye, было прогрессивным явлением. Этим был выделен объединяющий критерий, который позволяет обобщить огромное разнообразие внешних воздействий, ориентированных на человека или животное, с позиции их психологической сущности для данного индивида. Тем самым выделяется первичный пусковой (причинный) фактор, определяющий последующее развитие физиологических проявлений (поведенческих, соматовегетативных) эмоционального стресса.

Этим фактором, как свидетельствует детальный анализ психологических исследований людей, психофизиологических экспериментов над животными, является психологическое состояние, возникающее у данного индивида в ответ на воздействие. Поэтому наряду с термином «эмоциональный стресс» используется и термин «психологический стресс».

Все вышеизложенное подтверждает тот факт, что четкого смыслового феноменологического разграничения понятий «психологический стресс» и «психическая напряженность» исследователи не приводят. Более того, подавляющее их большинство эти понятия употребляют как синонимы

Другие исследователи, такие как Л.A. Китаев-Смык (1983), Г.Н. Кассиль (1982) под эмоциональным стрессом понимают широкий круг изменений психических и поведенческих проявлений, сопровождающихся выраженными неспецифическими изменениями биохимических, электрофизиологических показателей и другими реакциями.

Ю.А. Александровский (1976) с эмоциональным стрессом связывает напряжение барьера психической адаптации, а патологические последствия эмоционального стресса — с его прорывом.

По утверждению же Ч.Д. Спилбергера (1983), состояние тревоги возникает, когда индивид воспринимает определенный раздражитель или ситуацию как несущие в себе актуально или потенциально элементы опасности, угрозы, вреда. Состояние тревоги может варьироваться по интенсивности и изменяться по времени как функция уровня стресса.

В изучении психологического стресса важным и не до конца ясным остается вопрос о соотношении эмоций и стресса. Считается, что главной составляющей, фундаментальным компонентом психологического стресса является эмоциональное возбуждение.

Эмоции являются одной из форм психической деятельности, свойственной не только человеку, но и животным. Эмоциональные длительные напряжения являются основой различных психосоматических заболеваний, а эмоциональные патологические состояния как проявление психопатологии служат мишенью действия психофармакологических средств. (Анохин П. К., 1975).

В исследованиях B.C. Мерлина (1973), Б.А. Вяткина (1981) доказывается, что стресс может возникнуть и под влиянием сильных положительных эмоций.

Более характерной является тенденция рассматривать стресс как особое состояние, рядоположенное с другими эмоциональными состояниями (аффектами, чувствами, тревожностью и др.).

Н.И. Наенко (1976) отмечает, что некоторые авторы возражают против такого обособления. Так, например, Ф.Е. Василюк (1984) предлагает рассматривать проблему влияния эмоций на продуктивную деятельность субъекта.

Несовпадение внутренних побуждений личности с объективными условиями ее деятельности, конфликт мотивов и целей, оценка раздражителей как факторов, нарушающих стереотипизированную эмоциональность выполняемой работы, состояния растерянности в ситуациях, к которым у индивида нет целенаправленных готовых и адекватных реакций (решений), все эти и подобные им ситуации обусловливают эмоциональное возбуждение, субъективно оцениваемое как негативное. Термины «эмоциональный» или «психический стресс» являются синонимами. Главным и наиболее существенным для психологического стресса является наличие в стрессовой реакции эмоции или включение в нее мотивации, вызывающей эмоцию. Главное, что обусловливает стресс «психического порядка», это эмоциональный настрой личности по отношению к стрессору.

С позиций эмоционального стресса, по-видимому, можно трактовать возникновение и развитие не только психогенной, но и некоторых форм соматогенной депрессии. Как отмечает P. Kielholz (1980), на 1-й стадии стресса одновременно с вегетативными и эндокринными защитными реакциями возникает психическая готовность к «борьбе». На 2-й стадии обилие психовегетативных и функциональных расстройств способствует возникновению ипохондрических опасений. На 3-й стадии появляются не только психические, но и психосоматические заболевания.

Признание роли внутренних, психологических условий в развитии напряженности (стресса) обусловили энергичный поиск связи параметров личности с поведением в сложных ситуациях и психологических детерминант этого состояния.

Начальный этап исследований в этом направлении, как отмечает Н.И. Наенко (1976), характеризовался произвольным выбором самих психологических параметров и, по сути дела, не давал теоретического представления о сущности самого явления — психологического стресса. В этом отношении показательным является признание американских исследователей М. Эппли и Р. Трамбалла в том, что многие психологи пытаются внести свой вклад, настойчиво предлагая истинно психологические факторы для объяснения стресса, но это не дает результата.

В работах ученого C.Л. Рубинштейна (1935, 1957, 1973) доказывается, что любой фактор не определяет однозначно динамику психологических явлений. Это зависит от свойств темперамента, особенностей мотивации, опыта переработки информации, развития способностей, физического состояния и др. Следовательно, одна и та же ситуация может вызвать разные психические состояния у разных людей.

По мнению В.А. Бодрова (1995), посвятившего значительную часть своих исследований изучению механизмов регуляции психологического стресса, бессистемная погоня за многими психологическими факторами дает незначительный результат или не дает его вообще.

Таким образом, интерпретация понятия «стресс» многозначна, к нему относят многие явления. Стрессом называют и определенное состояние, и процесс воздействия стрессора на субъект, и всю в целом ситуацию, в которой у субъекта возникает стрессовое состояние.

Следовательно, можно сделать вывод, что стресс — это реакция организма на любое предъявленное ему требование: будь то неожиданный вопрос или переход по веревочному мосту через бурную реку. Даже утром, когда мы встаем, начинает работать стрессовый аппарат, который помогает нам подняться. Стресс помогает нам выжить в этом мире с помощью процесса гомеостаза. Так, когда происходит изменение соотношения адреналина и норадреналина, серотонина и ацетилхолина, других гормонов, то человек начинает испытывать или бодрость, или чувство тревоги. Жизнь постоянно меняется и приспособиться к этим изменениям можно только с помощью стресса. Отдельные люди при любом новом жизненном повороте предпочитают активно действовать, другие все принимают близко к сердцу и поэтому больше страдают, так как их защитные механизмы не перерабатывают стресс, их психическое состояние не меняется, а именно это нужно для адаптации. Заложив в нас чувство тревоги, природа тем самым сделала процесс выживания человека более эволюционным. Например, встретив в лесу медведя, вы испугаетесь и, естественно, захотите убежать. Чтобы облегчить процесс убегания, начинает работать гомеостаз: уровень определенных гормонов растет, кровь приливает к мышцам ног, оттекает от брюшной полости — появляется больше сил, и вы убегаете, а спустя какое — то время успокаиваетесь.

Таким образом, проведенный анализ основных концепций учения о стрессе в психологии позволил нам сделать вывод о терминологической неопределенности понятия стресс. В связи с этим нами предпринята попытка сформулировать рабочее определение стресса на основе изучения теорий, моделей стресса, условий возникновения и особенностей проявления стресса и его влияния на личность.

Одной из первых теоретических моделей, отражающих психологическую природу стресса, была разработана Г. Селье и названа им как «общий адаптационный синдром» (Селье Г., 1979). В данной теории стресс рассматривается с позиции физиологической реакции на физические, химические и органические факторы.

Современные исследователи выделяют следующие теории и модели стресса: биологические, физиолого-психологические, психологические, профессиональные, социальные и общие.

Биологические теории и модели стресса.

Данная модель была предложена Г. Селье и названа им, как указывалось ранее, «общий адаптационный синдром», в которой стресс рассматривается с позиции физиологической реакции на физические, химические и органические факторы. Слабое место этого учения — в односторонности подхода. Особенности адаптационного синдрома Селье на психологическом уровне могут соотноситься с теорией фрустрации Розенцвейга (S. Rozenzweig, 1945). Фрустрация, по автору, это столкновение какой- либо жизненной потребности индивидуума с непереносимым психологическим препятствием (например, морально-этическая установка), с внутренним запретом. При этом развивается стрессовое состояние и в зависимости от длительности неразрешенного внутреннего конфликта может возникать невроз. Теория фрустрации дополняет учение Селье и не касается биохимических изменений, происходящих при этом.

Генетически — конституционная теория.

В данной теории предполагается, что способность организма сопротивляться стрессу предопределена защитными стратегиями функционирования и не зависит от текущих обстоятельств. Исследователи в данной области пытаются устанавливать связь между генетическим складом человека и определенными физическими характеристиками, которые могут снизить его способность сопротивляться стрессу.

Модель предрасположенности к стрессу.

Эта модель основана на эффектах взаимодействия наследственных и внешних факторов среды. Она допускает взаимное влияние предрасполагающих факторов и неожиданных, сильных воздействий в развитии реакций напряжения. Персональная генетическая карта определяет состояние предрасположенности организма к стрессу, которое проявляется в порогах восприимчивости внешних воздействий.

Модель обучения избежания стресса.

Для объяснения стресса данная теория используется либо для построения классической условно-рефлекторной модели, либо оперантной (управляющей) модели стресса.

В этой связи В.А. Бодров считает, что два аспекта в условно-рефлекторной модели, впервые отмеченные в работе D. Watson (1920), являются несомненно важными для теории стресса. «Первый заключается в том, что такие эмоциональные реакции как страх и тревога являются комплексными и включают в себя поведенческий, физиологический и психологический компоненты. Второй аспект сводится к тому, что тревога может стать предвосхищающей реакцией на воздействие нового условного раздражителя. В оперантной модели стресса основной акцент делается на характере поведения индивида при воздействии неблагоприятных факторов и, в частности, на выработку стратегии избежания такого воздействия» (Бодров В. А., 1995).

Модель предвидения стресса.

Наиболее полно эту модель отражают положения теории 3. Фрейда (1993). В своей теории он описал два типа зарождения и проявления тревоги, беспокойства. Специализирующая тревога возникает как реакция предвосхищения реальной внешней опасности. Второй тип — травматическая тревога развивается под воздействием бессознательного, внутреннего источника. Наиболее ярким примером причины возникновения данного типа тревоги является сдерживание сексуальных побуждений и агрессивных инстинктов.

Среди большого количества психосоматических моделей следует отметить модель R.R. GrinKer и S.P. Spicel (1945), В.А. Бодрова (1995).Наиболее полной является модель, предложенная F.Alexander (1950), в которой центральное место занимает эмоциональный фактор. Он утверждал, что существование психически уязвимой предрасположенности и определенных эмоций в связи с особыми психодинамическими характеристиками личности может привести к развитию заболевания.

Когнитивная теория стресса.

С именем Р. Лазаруса (1966-1991) связана разработка когнитивной теории психологического стресса, основу которой составляют положения о роли субъективной познавательной оценки и угрозы неблагоприятного воздействия и своей возможности преодоления стресса. Угроза рассматривается как состояние ожидания субъектом вредного, нежелательного влияния внешних условий и стимулов определенного вида. «Вредоносные» свойства стимула (условий) оцениваются по характеристикам интенсивности его воздействия, степени неопределенности значения стимула и времени воздействия, ресурсов индивида по преодолению такого воздействия.

Лазарус выдвигает идею опосредованной детерминации наблюдаемых при стрессе реакций. По его мнению, между воздействующим стимулом и ответной реакцией включены промежуточные переменные, имеющие психологическую природу. Одним из таких психологических процессов является оценка угрозы, которая представляет собой предвосхищение человеком возможных последствий воздействующей на него ситуации.

По мнению Лазаруса, угроза порождает защитную деятельность или защитные импульсы, обладающие теми же характеристиками, которые обычно приписываются эмоциональным состояниям. Природа защитных механизмов зависит как от ситуационных, так и личностных факторов (интеллектуальные возможности, мотивация, прошлый опыт, убеждения).

Р. Лазарус в своей теории подчеркивает необходимость разделения оценок угрозы и оценок процесса ее преодоления. С момента оценки угрозы воздействия начинается процесс ее преодоления с целью устранения или уменьшения ожидаемого вредного эффекта.

Он считает, что «каждый физиологический индикатор угрозы дает какую- то специфическую информацию об ориентациях индивидуума по отношению к угрожающему стимулу» (Лазарус Р., 1986).

Из данной теории делается ряд важных заключений. Во-первых, одинаковые внешние события могут являться или не быть стрессовыми для разных людей, личностные когнитивные оценки внешних событий определяют степень их стрессорного значения для конкретного субъекта. Во-вторых, одни и те же люди могут одно и то же событие в одном случае воспринимать как стрессорное, а в другом как обычное, нормальное. Такие различия могут быть связаны с изменениями в физиологическом состоянии или в психическом статусе субъекта.

Ресурсная модель психологического стресса.

По мнению S. HobSoll, человеческие ресурсы включают в психическую сферу ресурсы состояния, личностные характеристики и энергетические показатели. Психологический стресс развивается при реальной или воображаемой потере части ресурса или задержке с восстановлением затраченного ресурса. Стрессогенным является не само по себе жизненное событие (смена работы, обмен жилья, прекращение знакомства и т.п.), а связанная с этим утрата какой-либо жизненной позиции — потеря статуса, заработка или власти, смена привычных средств труда, утрата самоуважения и т.д.

Согласно S. HobSoll, люди используют различные способы компенсации потерь: это может быть либо прямое их возмещение, либо компенсация, переоценка ситуации и переключение внимания на выигрышные моменты новой ситуации.

Читайте также:  Если в жизни мало стресса

Междисциплинарная модель стресса.

В данной модели понятие стресс объясняют следующим образом: «Любые стимулы в принципе могут вызывать тревогу в случае высокого индивидуального значения угрозы для конкретного объекта. Тем не менее, выделяются определенные стимулы, которые чаще вызывают беспокойство у большинства индивидов Стресс — это угроза удовлетворению основных нужд, поддержанию регулируемого функционирования, угроза росту и развитию» (Basowitz Н., 1990). В теории выделяется важность рассмотрения стресса как жизненной ситуации и ее субъективного значения, хотя и не считается, что характер физиологических реакций может быть предсказан на основе объективных данных о стимуле, его интенсивности и особенностях развития. Также высказывается предположение, что, возможно, сделать некоторые предсказания относительно развития реакции тревоги в зависимости от природы стимула, если он попадает в разряд стрессовых факторов. Таким образом, согласно данной теории стресс возникает под действием стимулов, которые вызывают тревогу у большинства индивидуумов или отдельных их представителей, и приводит к ряду физиологических, психологических и поведенческих реакций, в ряде случаев патологических, но возможно и приводящих к высшим уровням функционирования и новым возможностям регулирования.

Теории и модели профессионального стресса

S. Sharit и G. Salvendy (1982) определяют профессиональный стресс как многомерный феномен, выражающийся в физиологических и психологических реакциях на сложную трудовую ситуацию.

В русле когнитивного подхода наиболее характерную модель профессионального стресса предложил G.R. Hochey (1986). Рассогласование между требованиями деятельности и когнитивными ресурсами субъекта инициирует активность одного из управляющих психических контуров, обеспечивающих уменьшение рассогласования.

Первый поведенческий контур включает такие стратегии, как «работать напряженнее» или прилагать усилия по приобретению новых навыков. Это попытки активной адаптации, так как они направлены на снятие рассогласования с помощью управляющего решения, усилить использование когнитивных ресурсов. Два других психических контура также направлены на снятие рассогласования, но путем изменения оценки уровня требований и целей деятельности (второй контур) или управления внешними условиями труда (третий контур).

В контексте этой модели напряженность определяется как затруднения в сохранении (удержании) целей деятельности и связана с использованием прямого когнитивного контроля. Напряженность возникает чаще всего при высокой нагрузке, особенно в условиях, когда низкий субъективный контроль за деятельностью не дает свободы в выборе стратегии.

Социальные (социально-психологические) теории и модели стресса.

Основные причины напряжения обусловлены необходимостью членов общества подчиняться его социальным нормативам. В одной из теорий конфликта (Бодров В.А., 1995) полагается, что предупреждение стресса должно основываться на предоставлении членам общества благоприятных условий для развития и большей степени свободы в выборе жизненных установок.

Он определил стресс как “дискомфортные реакции индивида в особых ситуациях”, а в последующем, точнее — как “несоответствие между требованиями, предъявляемыми к индивиду и возможными его реакциями на эти требования”.

По его мнению, адаптация имеет два проявления:

1. преодоление — борьба с ситуацией;

2. защита — борьба с чувствами, вызванными ситуацией.

D.Mechanic (1962) считает, что основным компонентам адаптации соответствуют следующие социальные установки: 1) подготовительные, которые представляют собой различные организационные и предметные средства развития умений и компетентности (школы, информационные средства), 2) стимулирующие, включающие в себя систему ценностей, поощрений и наказаний внутри организаций и сообществ, а также таких значимых установок, которые обеспечивают одобрение и поддержку определенных видов поведения либо, наоборот, их неодобрение и порицание.

3 P. Dohrenwerd определяет стресс как ответ на внутренние процессы, развивающиеся до некоторого порогового уровня, за которым психологические и физиологические способности, возможности нарушаются.

В данной теории отражается понимание процессов управления на уровне системной регуляции, поэтому она является альтернативой всем предыдущим теориям. Основное положение теории заключается в том, что когда уровень тревоги достигает значений экстремальных воздействий, т.е. существенно превысит значение умеренного напряжения, система включает механизмы саморегуляции для восстановления нормального состояния человека.

Интегративная модель стресса.

Центральное место в этой модели занимает проблема, требующая от человека принятия решения. Возникновение проблемы (трудностей с ее решением) сопровождается напряжением функций организма. Если проблема не решается, напряжение сохраняется и даже нарастает — развивается стресс.

Общим для всех моделей психологического стресса является то, что авторы стремились определить его сущность. Можно выделить два подхода. Первый подход заключается в прямом сопоставлении психологических характеристик состояния с физиологическими показателями и результативностью деятельности. Второй подход основывается на стремлении изучить психологическую природу стресса. Представители этого подхода в своих моделях в качестве ведущих признаков стресса определяют различные психологические переменные: реакцию тревоги, вызванную угрозой неудовлетворения основных нужд, эмоциональные факторы, оценку человеком угрозы, адаптацию к условиям ситуации и к своим чувствам.

Следовательно, рассматривая стресс как психологическое явление, нужно брать во внимание, что интенсивность стрессового состояния зависит не только от условий воздействия стрессоров, но и от мотивационных и социальных характеристик человека, которые являются ведущими его поведения при стрессе (Леонтьев А.Н, 1975; Ломов Б.Ф., 1991; Леонтьев В.Г., 1987 и др.).

В качестве критериев, по которым можно судить о стрессе, в литературе существуют положения, что следует брать не только физиологические реакции, но и психические состояния и изменения в деятельности. Главным критерием наличия стресса является степень изменения функционального уровня деятельности (Наенко Н.И., 1976 и др.).

Стресс может возникнуть как при сильных внешних воздействиях и непроизвольных реакциях на них, так и при осознании сложности ситуации, безвыходности или большой затрудненности положения человека.

Таким образом, анализ литературы позволил нам сделать вывод о терминологии неопределенности понятия стресс.

источник

1.3 Обзор работ ученых, рассматривающих проблему стресса и стрессоустойчивости

Впервые слово «стресс» встретилось в 1303 году в стихах поэта Роберта Маннинга: «…эта мука была манной небесной, которую господь послал людям, прибывавшим в пустыне сорок зим и находившимся в большом стрессе».

В литературу по медицине и психологии слово «стресс» попало больше полувека назад. В 1936 году в журнале «Nature», в разделе «Письма к редактору», было опубликовано короткое сообщение канадского физиолога Ганса Селье (тогда еще никому неизвестного) под названием «Синдром, вызываемый разными повреждающими агентами» (14,9).

Еще будучи студентом, Селье обратил внимание на тот факт, что различные инфекционные заболевания имеют сходное начало: общее недомогание, потеря аппетита, температура, озноб, ломота и боли в суставах. Селье предположил, что существует общая неспецифическая реакция организма на любую «вредность», направленная на мобилизацию защитных сил организма. Эту реакцию он назвал стрессом. Учение о стрессе в настоящее время получило достаточно широкую известность. Ещё исследования В. Кеннона (1927,1929) показали, что организм стремится обеспечить постоянство (гомеостазис) своей внутренней среды (14,10).

Термин «стресс» и его расшифровка первоначально были изложены всё тем же Г. Селье (1950,1960), который показал независимость процесса приспособления от характера раздражения или нагрузки. Воздействия могут быть самыми различными, но независимо от своих особенностей ведут к цепи однотипных изменений, обеспечивающих приспособление.

В соответствии с системным подходом, в наше время, стресс изучается с позиций физиологического, психологического, и поведенческого уровней. Одна из первых таких попыток была предпринята Р. Лазарусом. Стресс физиологической природы представляет собой, по мнению автора, непосредственную реакцию организма, сопровождающуюся выраженными физиологическими сдвигами на воздействие различных внешних и внутренних стимулов физико-химической природы. При этом величина физиологического стресса зависит от интенсивности воздействующего агента. Отличительные особенности психологического стресса заключаются в том, что он вызывается психическими стимулами, которые оцениваются как угрожающие. Именно Р. Лазарус, развивая учение о стрессе (1956, 1970), выдвинул концепцию, согласно которой разграничивается физиологический стресс и психический (эмоциональный) стресс (18, 11).

Представители первого направления рассматривают стресс как порождение внешней ситуации или, как определяет Л.М. Аболин, эмоциональная ситуация отождествляется со стрессором. Иначе говоря, стресс воспринимается как реакция на какие-либо воздействия, или как сами эти воздействия (1, 15).

На наш взгляд, объективистский подход не учитывает того, что внешние напряженные условия являются стрессогенными только потенциально и не обязательно приведут к развитию стресса.

Субъективисты обозначают свой подход как интеракционную проблему, и представитель данного направления Н. Эндлер (1989), рассуждая о любых проявлениях личности, в том числе о стрессе, отмечал в нем специфический способ взаимодействия субъекта с самим собой и с окружающей средой.

Основоположником субъективистского подхода считается уже упоминавшийся нами ранее Р. Лазарус, который обусловливал стресс двумя личностными особенностями:

1) представлениями о мире и себе и способностью брать на себя обязательства;

2) представлением о своих способностях влиять на последствия (7, 39).

Похожие представления об эмоциональном стрессе можно найти и у В.Э. Мильмана (1980), который рассматривает стресс, как функцию двух факторов: величины потребности в достижении и субъективной оценки вероятности достижения (10,73).

Обобщая различные взгляды на природу стресса в современной научной литературе, можно сказать, что термин «стресс» используется, по крайней мере, в трех значениях. Во-первых, понятие стресс может определяться как любые внешние стимулы или события, которые вызывают у человека напряжение или возбуждение. В настоящее время в этом значении чаще употребляются термины «стрессор», «стресс-фактор». Во-вторых, стресс может относиться к субъективной реакции и в этом значении он отражает внутреннее психическое состояние напряжения и возбуждения. В-третьих, стресс может быть физической реакцией организма на предъявляемое требование или вредное воздействие.

Известный исследователь стресса Г.Селье отмечает, что слово «стресс», так же как «успех», «неудача» и «счастье», имеет различное значение для разных людей. Поэтому дать его определение довольно трудно, хотя оно и вошло в нашу обыденную речь (8, 64).

В последние годы проблема изучения нормы и предболезни привлекала к себе внимание многих исследователей. Например, академик О.Г. Газенко пишет: «…Особенно сложной является оценка состояния на грани так называемых норм и патологии, когда ещё не развилось какое-либо конкретное заболевание, но равновесие между организмом и средой явно нарушено и состояние не может быть квалифицированно, как нормальное» (18, 5).

В 1979 г. была опубликована монография профессора Р.М. Баевского «Прогнозирование состояний на грани нормы и патологии», которая рассматривает проблему стресса с точки зрения науки. Также заметно активизировались изучение и попытки систематизации переходных состояний психиатрами и психоневрологами (Н.Д. Лакосина, С.Б. Семитов, В.Я. Семке, Б.В. Шостакович).

Проблемой стресса занимаются так же спортивные психологи. Особенно интересны исследования тех психологов и психогигиенистов, которые по своей работе заняты наблюдением практически здоровых лиц, чья деятельность проходит в чрезвычайно напряжённых условиях с особо сложными требованиями к механизму приспособления организма. С представителями такого рода деятельности связана работа спортивных психологов и психогигиенистов. Потому представляют интерес последние работы в спортивной психологии. За последние десятилетие вышло немало книг по спортивной психологии: и ряд переводных монографий, и международный сборник «Стресс и тревога в спорте», и несколько работ советских авторов. К несомненным успехам можно отнести сборник «Стресс и тревога в спорте» (составитель Ю.Л. Ханин) и монографию Г.Д. Горбунова «Психопедагогика в спорте». Эти книги играют несомненную положительную роль в просвещении тренеров и спортсменов в подготовке их к совместной работе с психологом. Это само по себе очень важно, т.к. почти в каждой книги звучит мыли о том, что тренеры не понимают психологов, не могут сформулировать свои задания, не перенимают доступные им самим новые методы в работе (18, 6).

Недостатком большинства книг является отсутствие единой теоретической концепции, главного направления работы, нацеленной на практическую эффективность. Лишь В.А. Плахтиенко и Ю.М. Блудов в книге «надежность в спорте» представляют материал с позиции теории надёжности, а Б.А. Вяткин в работе «Управление психическим стрессом в спортивных соревнованиях» — психического стресса. Отсутствие единой и сходной позиции приводит к таким различиям мнений, которые порой выглядят абсурдом. В.А. Плахтиенко и Ю.М. Блудов наглядно демонстрируют это, показывая, что за период с 1977 по 1980 год разными авторами дано 14 определений такого кардинального для спорта понятия, как надёжность. И если такая путаница находится в исходной терминологии, то приходится ли удивляться, что даже основной смысл работы психолога в спортивной команде трактуется разными авторами по-разному.

Л. Леви (1967) обнаружил положительную корреляцию между интенсивностью эмоционального возбуждения, выделением адреналина и норадреналина с мочой. Ф. Элмадьян и др. (1957) указывали на такие же результаты, сравнивая выделения катехоламинов во время напряженных ситуаций у хоккеистов и боксёров. В современных исследованиях, оценивая травмирующее воздействие различных неблагоприятных факторов, возникающих в экстремальных ситуациях, на психическую деятельность человека, выделяют непатологические психоэмоциональные реакции и патологические состояния (психогении) (18,10).

В последнее время ученые и практики разрабатывают специальные рекомендации для представителей стрессогенных профессий, спортсменов и люде, которые наиболее часто подергаются стрессам в целях повысить психологическую устойчивость этих общества.

В работах, где изучаются психологические проблемы стресса доказывается зависимость поведения во время стресса от степени значимости ситуации, от психологической структуры личности (отношение человека к трудностям в работе, успеху и неудаче, уверенности и неуверенности в своих силах, направленности личности, уровня ее притязаний и реальных возможностей и т.п.

Помимо работ по стрессу в спорте встречаются работы некоторых ученых по стрессу в профессиональной деятельности. Центральным понятием в литературе по профессиональному стрессу является понятие контроля (то есть оценки и коррекции) способов и результатов деятельности. В работах Р.А. Каразек, посвященных созданию общей теории стресса рабочего места, на основании исследований проблемы контроля выдвинута гипотеза, что переживания стресса возникают при взаимодействии между двумя факторами — ответственностью и контролем («широта работы» и «психологические требования»). Высокую напряженность имеет такая профессия, в которой индивид при большой ответственности имеет недостаточный контроль над способами и результатами выполнения заданий.

Из всего выше нами сказанного можно сделать вывод, что понятие стресса рассматривалось в разное время и в разных направлениях и науках, например, в спорте и в профессиональной деятельности человека. Именно поэтому, как нам кажется, нет одного определенного понятия стресса. Стресс в разное время и в разных направлениях определяется по-разному.

Глава 2 . Опытно – исследовательская работа по проблеме стресса

источник