Меню Рубрики

Синдром выгорания в аспекте профессионального стресса

В психологической литературе профессиональный стресс часто описывается в рамках феномена личностной деформации — синдрома выгорания. Психология выгорания тесно связана с психологией стресса, поскольку феномен психологического выгорания наблюдается в ответ на длительные стрессогенные условия профессиональной деятельности человека. Выгорание как результат неустановленных хронических стрессовых воздействий рассматривается и как деформация эмоциональной сферы (истощение) и как неспособность личности справляться с постоянными требованиями профессиональной деятельности.

Термин «выгорание», «эмоциональное выгорание» был предложен в 1974 году американским психиатром Х.-Дж. Фрой- денбергером для характеристики психологического состояния здоровых людей, вынужденных в эмоционально насыщенной атмосфере интенсивно и тесно общаться с пациентами при оказании им профессиональной помощи. Позднее он назвал данное состояние «болезнью сверхуспеха». Необходимо подчеркнуть, что впервые подобные проявления у сотрудников исправительных учреждений были описаны Брэдли в 1969 году. Первоначально термином «выгорание» обозначалось состояние изнеможения, истощения с ощущением собственной бесполезности. Сегодня считают, что синдром выгорания (СВ) может быть и причиной возникновения хронической усталости.

Согласно определению ВОЗ, синдром выгорания — это «физическое, эмоциональное или мотивационное истощение, характеризующееся нарушением продуктивности в работе и усталостью, бессонницей, повышенной подверженностью соматическим заболеваниям». В настоящее время в 10-м пересмотре Международной классификации болезней проблемы производственного стресса, рассматриваемого в рамках СВ, выделены под рубрикой 2.73.0 «Проблемы, связанные с трудностями управления своей жизнью».

В 1980-х годах эмоциональное выгорание определялось потерей мотивации к работе (неудовлетворенностью, реализующейся в психологическом уходе и эмоциональном истощении) в ответ на чрезмерные обязательства. В 1986 году американские исследователи К. Маслач и С. Джексон выделили три основные группы проявлений данного состояния: эмоциональное истощение, деперсонализация и редукция профессиональных достижений.

В.В. Бойко определяет выгорание как выработанный личностью механизм психологической защиты в форме полного или частичного исключения эмоций (понижения их энергетики) в ответ на психотравмирующие воздействия. В этой связи СВ представляется приобретенным стереотипом эмоционального, чаще профессионального, поведения, позволяющим человеку дозировать и экономно расходовать энергетические ресурсы. Как указывает В.В. Бойко, само по себе выгорание является конструктивным механизмом, а его последствия следует расценивать как дисфункциональные, когда выгорание отрицательно сказывается на выполнении профессиональной деятельности и отношениях с партнерами и клиентами. Тогда же эмоциональное выгорание приводит и к профессиональной деформации личности.

Наиболее подвержены СВ представители «помогающих» профессий и управленческий персонал: медицинские работники, менеджеры, педагоги, психологи, продавцы, адвокаты, сотрудники правоохранительных органов. К. Маслач показала, что средний медицинский персонал психиатрических клиник обычно выгорает через полтора года профессиональной деятельности, юристы — через два года, а социальные работники — через два или четыре года. Если учесть, что большинство сотрудников ИУ сочетают в своей работе многие квалификационные требования указанных профессий, а вдобавок еще несут службу с оружием в руках, то у них выгорание должно развиваться гораздо быстрее и ярче.

В.В. Бойко выделяет следующие группы внешних и внутренних факторов, провоцирующих эмоциональное выгорание:

  • 1. Группа организационных, внешних факторов. Это условия работы и социально-психологические условия деятельности: хроническое психоэмоциональное напряжение, нечеткие организация и планирование труда, повышенная ответственность за исполняемые функции, неблагополучная психологическая атмосфера.
  • 2. Группа внутренних факторов. Это склонность к эмоциональной ригидности (тугоподвижность), интенсивная ин- териоризация (восприятие и переживание) обстоятельств профессиональной деятельности (данное психологическое явление возникает у людей с повышенной ответственностью за порученное дело), слабая мотивация эмоциональной отдачи в профессиональной деятельности.

Эмоциональное выгорание как средство психологической защиты возникает быстрее у тех, кто менее реактивен и восприимчив, более эмоционально сдержан. Кроме этого, в развитии СВ играют роль: неэмоциональность, неумение общаться, трудоголизм, снижение социальных ресурсов (социальные и родственные связи, любовь, профессиональная состоятельность, экономическая стабильность и т.д.). К данным факторам относят «безграмотное сочувствие» — полное растворение в другом, слабые границы «Я». Считают также, что выгорание — плата не за сочувствие людям, а за свои нереализованные жизненные ожидания.

Крайностью является слабая мотивация эмоциональной отдачи в профессиональной деятельности. Человек не считает для себя необходимым или почему-то не заинтересован проявлять соучастие и сопереживание субъекту своей деятельности. Соответствующее умонастроение стимулирует не просто эмоциональное выгорание, а его крайние формы: безразличие, равнодушие, душевную черствость.

Эмоциональное выгорание чаще встречается у лиц с поведением «типа А». Х.-Дж. Фройденбергер полагал, что чаще выгорают сочувствующие, гуманные, мягкие, увлекающиеся идеалисты и одновременно неустойчивые, интровертированные и легко солидаризирующиеся личности. Развитию СВ способствуют также повышенный уровень тревожности, сенситив- ность и агрессивность, «авторитаризм» и низкий уровень эмпатии. Отмечена тесная связь СВ с чувством несправедливости, социальной незащищенностью, социально-экономической нестабильностью и т.д.

Выгорание реже встречается у тех, кто работает в организациях с сильным корпоративным духом. Интересно отметить меньший уровень выгорания у израильских менеджеров по сравнению с американскими. При этом жизнь в Израиле считается более стрессогенной, чем в США. Данные результаты объясняют большей степенью социальной сплоченности, более высоким статусом института семьи и религиозности в израильском обществе.

По мнению К. Маслач, выгорание возникает поэтапно, в соответствии со стадиями стресса:

  • 1. Эмоциональное напряжение, тревога.
  • 2. Сопротивление: человек пытается оградить себя от неприятных эмоций.
  • 3. Истощение ресурсов вследствие неэффективности сопротивления.

Д. Гринберг предлагает пятиступенчатую модель развития выгорания:

  • — «медовый месяц»: работник доволен работой и заданиями, однако постепенно отмечается снижение удовлетворения от работы;
  • — «недостаток топлива»: на этой стадии появляются усталость и проблемы со сном;
  • — «хронические симптомы»: чрезмерная работа приводит к истощению, озлобленности, подавленности;
  • — «кризис»: потеря работоспособности из-за заболеваний; из-за возникающего пессимизма, сомнений в себе могут испортиться отношения в семье;
  • — «пробивание стены»: физические и психологические проблемы приводят к развитию угрожающего жизни заболевания.

Наиболее подробно развитие СВ описано В.В. Бойко:

  • 1. Фаза напряжения. Напряжение является предвестником и запускающим механизмом в формировании выгорания. Эта фаза включает в себя несколько симптомов:
  • 1) симптом переживания психотравмирующих обстоятельств. Усиливается осознание психотравмирующих факторов профессиональной деятельности, которые трудно устранимы или вовсе не устранимы. Повышается раздражительность;
  • 2) симптом неудовлетворенности собой. В результате неудач или неспособности повлиять на психотравмирующие обстоятельства человек обычно испытывает недовольство собой, избранной профессией, занимаемой должностью, конкретными обязанностями. Негативные эмоции обращены на себя. Возникает замкнутый контур «Я и обстоятельства»: впечатления от внешних факторов деятельности постоянно травмируют личность и побуждают ее вновь и вновь переживать психотравмирующие элементы профессиональной деятельности. Особое значение здесь имеют внутренние факторы, способствующие появлению эмоционального выгорания: интенсивная интерио- ризация обязанностей, роли, обстоятельств деятельности, повышенная совестливость и чувство ответственности;
  • 3) симптом «загнанности в клетку». Появляется чувство отчаяния и безысходности, человек переживает ощущение загнанности в клетку;
  • 4) симптомы тревоги и депрессии.
  • 2. Фаза сопротивления:
  • 1) симптом неадекватного избирательного эмоционального реагирования. Профессионал перестает улавливать разницу между двумя принципиально отличающимися явлениями — экономией эмоций и неадекватным избирательным эмоциональным реагированием. В первом случае речь идет о выработанном со временем полезном навыке подключать при профессиональном общении эмоции умеренной интенсивности: легкая улыбка, приветливый взгляд, мягкий спокойный тон речи, сдержанные реакции на сильные раздражители, лаконичные формы выражения несогласия, отсутствие категоричности. Такой стиль общения не препятствует интеллектуальной переработке информации, обусловливающей эффективность деятельности. Профессионал неадекватно «экономит на эмоциях», ограничивает эмоциональную отдачу за счет выборочного реагирования в ходе рабочих контактов. Действует принцип «хочу — не хочу»: сочту нужным — уделю внимание данному партнеру, будет настроение — откликнусь на его состояния и потребности. При всей неприемлемости такого стиля эмоционального поведения он весьма распространен. Профессионалу кажется, будто он поступает допустимым образом. Однако клиент, пациент фиксирует иное: эмоциональную черствость, неучтивость, равнодушие. Неадекватное ограничение диапазона эмоций и интенсивности их включения при профессиональном общении интерпретируется партнерами как неуважение к ним, то есть переходит в плоскость нравственных оценок;
  • 2) симптом эмоционально-нравственной дезориентации. У профессионала может возникнуть потребность в самооправдании. Не проявляя должного эмоционального отношения к субъекту, он защищает свою стратегию. При этом звучат такие высказывания: «Это не тот случай, чтобы переживать», «Такие люди не заслуживают доброго отношения», «Таким нельзя сочувствовать», «Почему я должен за всех волноваться?»;
  • 3) симптом расширения сферы экономии эмоций («отравления людьми»). Эмоции экономятся вне профессиональной области: в общении с родными, приятелями и знакомыми. На фоне пресыщения человеческими контактами жертвой эмоционального выгорания работника становятся члены его семьи;
  • 4) симптом редукции профессиональных обязанностей. Проявляется в попытках облегчить или сократить обязанности, которые требуют эмоциональных затрат.
  • 3. Фаза истощения. Характеризуется более или менее выраженным падением общего энергетического тонуса и ослаблением нервной системы. Эмоциональная защита в форме «выгорания» становится неотъемлемым атрибутом личности. При этом отмечаются следующие симптомы:
  • 1) симптом эмоционального дефицита. К профессионалу приходит ощущение, что эмоционально он уже не может помогать субъектам своей деятельности. Ему кажется, что он не в состоянии войти в их положение, соучаствовать и сопереживать, отзываться на ситуации, которые должны побуждать усиливать интеллектуальную, волевую и нравственную отдачу. Ранее таких ощущений не было, и личность переживает их появление. Постепенно симптом усиливается и приобретает более осложненную форму: все реже проявляются положительные эмоции, и все чаще — отрицательные;
  • 2) симптом эмоциональной отстраненности. Личность почти полностью исключает эмоции из сферы своей профессиональной деятельности. Профессионала почти ничто не волнует и не вызывает его эмоционального отклика — ни позитивные обстоятельства, ни негативные. Необходимо отметить, что это не исходный дефект эмоциональной сферы, а приобретенная за годы эмоциональная защита. Реагирование без чувств и эмоций — наиболее яркий симптом выгорания. Он свидетельствует о профессиональной деформации личности и наносит ущерб субъекту общения. Партнер обычно переживает проявленное к нему безразличие и может быть глубоко травмирован. Особенно опасна демонстративная форма эмоциональной отстраненности, когда профессионал всем своим видом показывает индифферентное, а то и негативное отношение к клиенту, пациенту;
  • 3) симптом личностной отстраненности (деперсонализации). Прежде всего отмечается полная или частичная утрата интереса к человеку — субъекту профессионального действия. Он воспринимается как неодушевленный предмет, как объект для манипуляций, с которым приходится что-то делать. Клиент, пациент тяготит своими проблемами, потребностями, его присутствие неприятно;
  • 4) симптом психосоматических и психовегатывпых нарушений. Симптом проявляется на уровне физического и психического самочувствия. Переход реакций с уровня эмоций на уровень психосоматики свидетельствует о том, что эмоциональная защита — выгорание — самостоятельно уже не справляется с нагрузками и энергия эмоций перераспределяется между другими подсистемами индивида.

К. Маслач условно разделяет симптомы выгорания на физические, поведенческие и психологические.

К физическим относятся: усталость, чувство истощения, восприимчивость к изменениям показателей внешней среды, астенизация, частые головные боли, расстройства желудочно-кишечного тракта, избыток или недостаток веса, бессонница.

К поведенческим и психологическим относятся следующие симптомы: работа становится все тяжелее, а способность выполнять ее ослабевает, вследствие этого работник рано приходит на работу и остается надолго, либо поздно появляется на работе и рано уходит, либо берет работу на дом; чувство неосознанного беспокойства; ощущение скуки; снижение уровня энтузиазма; чувство обиды; чувство разочарования; неуверенность; чувство вины; чувство невостребованности; легко возникающее чувство гнева; раздражительность; подозрительность; чувство всемогущества (власти над судьбой клиента, пациента); ригидность; неспособность принимать решения; дистанционирование от клиентов, пациентов и стремление к дистанционированию от коллег; завышенное чувство ответственности за пациентов; общая негативная установка на жизненные перспективы; злоупотребление алкоголем и (или) наркотиками.

Другие зарубежные исследователи выделяют пять ключевых групп симптомов СВ:

  • 1) физические симптомы:
    • — усталость, физическое утомление, истощение;
    • — уменьшенный или увеличенный вес;
    • — недостаточный сон, бессонница;
    • — жалобы на общее плохое самочувствие;
    • — затрудненное дыхание, одышка;
    • — тошнота, головокружение, чрезмерная потливость, дрожание;
    • — артериальная гипертензия (повышенное артериальной давление);
    • — боли в области сердца;
  • 2) эмоциональные симптомы:
    • — недостаток эмоций, неэмоциональность;
    • — пессимизм, цинизм, черствость в работе и личной жизни;
    • — безразличие и усталость;
    • — ощущения фрустрации и беспомощности, безнадежность;
    • — раздражительность, агрессивность;
    • — тревога, усиление иррационального беспокойства, неспособность сосредоточиться;
    • — депрессия, чувство вины;
    • — потеря идеалов, надежд или профессиональных перспектив;
    • — увеличение деперсонализации — своей или других (люди начинают восприниматься безликими, как манекены);
    • — преобладание чувства одиночества;
  • 3) поведенческие симптомы:
    • — рабочее время больше 45 часов в неделю;
    • — во время рабочего дня появляются усталость и желание прерваться, отдохнуть;
    • — безразличие к еде;
    • — отсутствие физических нагрузок;
    • — частое употребление табака, алкоголя, лекарств;
  • 4) интеллектуальное состояние:
    • — уменьшение интереса к новым теориям и идеям в работе;
    • — уменьшение интереса к альтернативным подходам в решении проблем (например, в работе);
    • — безразличие к новшествам, нововведениям;
    • — отказ от участия в развивающих экспериментах (тренингах, образовании);
    • — формальное выполнение работы;
  • 5) социальные симптомы:
    • — уменьшение активности и интереса в области досуга, хобби;
    • — нет времени или энергии для социальной активности;
    • — социальные контакты ограничиваются работой;
    • — скудные взаимоотношения с другими как дома, так и на работе;
    • — ощущение изоляции, непонимания окружающих и со стороны окружающих;
    • — ощущение недостатка поддержки со стороны семьи, друзей, коллег.

В основе понимания природы СВ лежат различные теории, указывающие на его взаимосвязь с феноменами фрустрации, стресса и совладающим поведением субъекта. Диагноз выгорания ставится чаще в случаях, когда стресс становится неустановленным и личность сотрудника не имеет никаких систем поддержки или защит, чтобы ослабить непрекращающееся давление.

Читайте также:  Аромамасла при стрессах и депрессии

В современном понимании СВ — сложный психофизиологический феномен, который определяется как эмоциональное, умственное и физическое истощение из-за продолжительной эмоциональной нагрузки (стресса).

В общих чертах он выражается в депрессивном состоянии, чувстве усталости и опустошенности, недостатке энергии и энтузиазма, утрате способностей видеть положительные результаты своего труда, отрицательной установке в отношении работы и жизни вообще.

Выгорание представляет собой относительно необратимый синдром. Более того, СВ является общепрофессиональным феноменом, но присущ, как уже отмечалось, в первую очередь людям, работающим в сфере «помогающих» профессий. То есть выгоранию подвержены те, чья деятельность связана с системой отношений по типу «человек-человек» и выполнением работы, требующей особых эмоциональных затрат.

Иначе говоря, СВ — особой сложный комплекс симптомов, детерминированный прежде всего условиями профессиональной деятельности субъекта, то есть длительным, эмоциональным контактом с людьми, нуждающимися в помощи. Чем насыщеннее и постояннее контакт, тем шире круг симптомов, свидетельствующий о развитии синдрома.

Большинство исследователей сходятся в мнении о том, что СВ является одной из форм (разновидностей) профессионального стресса, возникающего вследствие постоянного взаимодействия с людьми. Несмотря на сближение позиций многих зарубежных и отечественных психологов к определению природы СВ, сохранились разногласия в выявлении механизмов его развития и особенностей структуры. Достигнутый в последние годы в изучении проблемы СВ определенный прогресс связан с формированием концептуальных представлений о природе и сущности выгорания, определении его места среди родственных психологических явлений, с выработкой единой точки зрения относительно операциональной структуры выгорания, появлением ряда методик его диагностики и исследованием различных факторов, его определяющих.

Научно-исследовательский этап в развитии проблематики СВ внес позитивный вклад в создание теоретической и эмпирической базы для проведения мероприятий по профилактике и коррекции выгорания. Сегодня проблема выгорания вышла далеко за рамки психологии, превратившись в междисциплинарную область исследований. В изучение данного феномена активно включились представители медицины, педагогики, социологии и т.п. Появились монографии, обобщающие отечественный и мировой опыт по проблемам коррекции и профилактической работы по снижению вероятности возникновения СВ у представителей различных профессий. Психологи и медики стали использовать самые разнообразные техники для коррекции выгорания.

Основные теоретические подходы к предупреждению выгорания сводятся к двум базовым теоретическим направлениям, критерием дифференциации которых является специфика факторов, детерминирующих его возникновение. Выделяют личностно-ориентированный и ситуационно-ориентированный (организационный) подходы. Личностно-ориентированный подход, не отрицая роли факторов профессиональной среды в формировании СВ, отражает индивидуально-рационалистические взгляды на важную роль личностных особенностей в развитии выгорания и акцентирует внимание на том, что основные мероприятия по предупреждению выгорания связаны с изменениями личности. При этом декларируется, что источники выгорания содержатся в большей степени в самой личности, чем в рабочей обстановке. Указывается, что СВ не вызывается исключительно рабочим окружением, а в большей мере опосредуется индивидуальными трудоголическими реакциями на эту среду. Ситуационно-ориентированный (организационный) подход, не умаляя значение личностных факторов, основное внимание уделяет специфике стрессовых факторов в их неразрывном единстве с копинг-ресурсами субъекта.

Нарушения при СВ затрагивают разные грани трудового процесса и субъекта — профессиональную деятельность, личность профессионала, профессиональное общение. В частности, согласно концепции концентрации стресса С. Хобфол- ла, СВ встречается в ситуациях, когда личностные ресурсы не востребованы и потребности не удовлетворены. В этой теории понятие «расход ресурса» является ключевым. В другой модели СВ — модели «силы ресурсов» — основное внимание уделено расходованию и восстановлению ресурсов применительно к процессам саморегуляции. Считают, что в процессе саморегуляции расходуется определенное, ограниченное количество ресурсов, в результате чего индивидуальный запас ресурсов временно сокращается. Результатом истощения ресурсов при этом является временное снижение эффективности при решении других задач. Ресурсы могут быть восстановлены после отдыха или посредством других механизмов, а сам индивид может предвосхищать расход и истощение ресурсов и изменять свое поведение. Психологический стресс возникает при реальной или воображаемой потере части ресурсов или задержке с восстановлением потраченных ресурсов. Компенсация потерь, переоценка, переключение внимания или прямое возмещение утраченного являются необходимыми условиями жизнедеятельности.

Применительно к пенитенциарным условиям это означает, что сотрудники меньше осознают свои организационные ресурсы, чем требования, обращенные к ним. В запуске механизмов развития СВ важное место принадлежит ослаблению личностных защит (копингов), что наряду с истощением ресурсов (снижением общих адаптационных возможностей) и экзистенциальными аспектами существования (бытия) сотрудников определяет и формирование негативных эмоций. Исключение компонента редукции персональных достижений из классической трехфакторной модели психологических и социально-поведенческих проявлений СВ сближает его с депрессией и указывает в большей мере на развитие депрессивного расстройства.

Установлено, что количество времени непосредственного контакта сотрудников ИУ с осужденными положительно коррелирует с эмоциональным истощением. Эмоциональное истощение также связано с уменьшением профессиональной вовлеченности и усилением желания сотрудников оставить работу. Исключительно важное значение в качестве детерминанты профессионального выгорания принадлежит эмоциональной направленности личности. Еще С.Л. Рубинштейн отмечал, что в чувствах человека выражаются все его установки, включая и мировоззренческие, идеологические, все его отношение к миру, прежде всего к другим людям. С.Л. Рубинштейн указывал также, что основные различия в эмоциональной сфере личности связаны с различием в содержании человеческих чувств, в том на что, на какие объекты они направляются и какое отношение к ним они выражают.

Все это позволяет рассматривать эмоциональную сферу как фактор соответствия личности профессиональным требованиям, проявляющийся в позитивных и негативных феноменах профессиональной деятельности. Особенно актуален этот аспект для представителей пенитенциарной системы, где объектом труда (субъектом) является человек со всем многообразием его проблем и трудностей.

В наших исследованиях по изучению состояния эмоциональной сферы в процессе развития профессионального стресса (СВ) у сотрудников ИУ в зависимости от ряда факторов (срока, периода службы и других переменных) показано, что нарушения эмоциональной сферы прямо коррелируют с длительностью профессиональной деятельности и соответствуют степени выраженности поведенческих и соматических проявлений различных стадий психологического (профессионального) стресса. На первой стадии стресса, соответствующей начальному этапу работы в УИС (период «входа»), у большинства респондентов наблюдаются повышенные показатели психической напряженности вкупе с различными формами НЭС и их сочетаниями. Эмоциональное напряжение при этом регулируется поиском и использованием адаптивных копинг-ресурсов совпадающего поведения, направленных на преодоление стрессовой ситуации и минимизацию негативных эмоций. При этом установлено, что у группы сотрудников управления по конвоированию со стажем работы до 2,5 лет формируются такие НЭС, как тревожность (70%), беспокойство (60%), чувство растерянности (60%), понижение настроения (60%) и др. В 60% случаев у молодых сотрудников отмечаются депрессивные состояния легкой степени и низкий уровень показателей синдрома выгорания.

У многих сотрудников со стажем службы свыше семи лет наблюдаются проявления второй и третьей стадий стресса, характеризующиеся нарастанием развернутой картины СВ. У большей части сотрудников (в 60% случаев) регистрируются показатели выраженной депрессии с четкой астено-депрессив- ной симптоматикой, заторможенностью, хронической усталостью (70%) и с психосоматическими нарушениями. У 40% обнаружены стенические формы расстройств с преобладанием НЭС в виде: раздражительности (80%), повышенной агрессивности (70%), импульсивности (60%). Стрессовой картине этих стадий соответствуют среднего и высокого уровня показатели СВ и истощение ресурсов устойчивости совладающего поведения.

Факторами (регуляторами выгорания), влияющими на возникновение и развитие СВ у сотрудников, являются: наличие или отсутствие фрустрации и предыдущего опыта удовлетворенности от работы; чувство и степень причастности к организации (организационные условия); доступ или его отсутствие к непрерывному образованию и развитию; адекватная поддержка (или ее отсутствие) коллектива и руководства; загруженность иерархическими взаимодействиями в коллективе; ожидания дополнительных усилий от сотрудника с минимальным вознаграждением; отсутствие заботы о моральных нормах; монотонность работы; перегрузка и несоответствие функциональных обязанностей; недостаточное участие сотрудников в процессе принятии решений; наличие (или отсутствие) целей профессионального роста и карьеры.

Психоэмоциональное напряжение чаще возникает тогда, когда требования и мотивация к достижению успеха в работе сотрудника ИУ осложняются низкой компетентностью и непредсказуемостью результатов его деятельности в сложной обстановке. Невозможность обеспечить эффективность выполнения заданий и текущих задач, а также недостаточный личный контроль над ситуацией являются весьма частыми факторами запуска психической напряженности у сотрудников УИС. То есть любой фактор, приводящий к нарушению баланса между требованиями и личностными ресурсами, может служить источником выгорания.

Длительное ощущение неэффективности, неуспешности, бессилия (осознанной беспомощности) приводит к апатии и далее к пассивной обороне и цинизму, ассоциирующихся с выгоранием — эмоциональным отчуждением, обвинением осужденных и коллег по службе в неудачах своей работы. Апатия при этом является естественным психологическим механизмом защиты от фрустрации и стресса, представляя состояние, когда сотрудник минимизирует свою деятельность и стремится избегать контактов с осужденными вследствие профессиональной иммобилизированности (чрезмерной связанности, загруженности) и снижения физических, экономических и социальных ресурсов.

К личностным характеристикам, связанным с уменьшением числа социальных взаимодействий у сотрудников, причисляют: повышенную враждебность; чувство конкуренции; склонность к депрессии; недостаток выносливости и другие переменные. Наличие в коллективе сотрудников ИУ с СВ представляется крайне контагиозным (заразным) для духовного и психологического здоровья остальной части коллектива, в связи с чем более эффективна его профилактика, чем коррекция. Системы психологической поддержки и компенсации для каждого сотрудника с выгоранием различны.

Все многообразие вышеназванных причин, детерминирующих СВ или профессиональные деструкции, приводит к поведению либо в форме психологической защиты от неприятных переживаний, либо в виде конструктивной активности личности, направленной на разрешение проблемы. В традиции гуманистической психологии было обращено внимание исследователей на естественную активность личности по поиску решения все более трудных жизненных проблем.

У сотрудников ИУ, как и у других профессионалов, СВ возникает вследствие длительного и напряженного межличностного взаимодействия (профессионального стресса) и включает в себя три основных компонента:

  • — эмоциональное истощение,
  • — деперсонализацию,
  • — редукцию персональных достижений.

Эмоциональное истощение. У сотрудников ИУ в ходе интенсивных и отличающихся высокой эмоциональной насыщенностью контактов с осужденными развиваются ощущения эмоционального перенапряжения, изношенности, истощения, утомления, усталости, общей несостоятельности, опустошенности, исчерпанности собственных эмоциональных ресурсов. Главными источниками психоэмоционального истощения являются пенитенциарная среда и персональные конфликты на работе. Начиная новый рабочий день или встречаясь с другими людьми, сотрудники испытывают чувство бессилия, апатии, могут иметь место депрессивные тенденции. Компонент психоэмоционального истощения является основной структурной составляющей выгорания.

Деперсонализация в данном случае подразумевает не классическое психиатрическое определение этого термина, а понижение личностного компонента в профессиональной деятельности. Деперсонализация предполагает циничное отношение к труду и объектам своего труда. Она формируется у сотрудников ИУ как своеобразная самозащита, как эмоциональный буфер в ответ на развивающееся психоэмоциональное истощение в виде реакции ухода от заботы в отношении осужденных и коллег и может затем перерасти в дегуманизацию. Деперсонализация у сотрудников ИУ проявляется в виде дегуманизации отношения к осужденным: холодности, формализации контактов. Возникающие негативные установки поначалу могут иметь скрытый характер и выражаться во внутренне сдерживаемом раздражении, но со временем оно прорывается наружу и приводит к конфликтам. Деперсонализация выражается также в бесчувственном, негуманном отношении к людям и в негативных переживаниях, установках и отношениях к субъектам деятельности — осужденным и коллегам по службе, а также в развитии черствости, циничности в деловых отношениях с людьми.

Редукция профессиональных достижений соотносится с ослаблением ощущения самокомпетентности и продуктивности собственной работы. Это чувство снижения собственной эффективности деятельности смыкается с депрессией и неспособностью справиться с требованиями работы. Оно может обостряться в связи с отсутствием социальной поддержки и возможности профессионального роста. Редукция профессиональных достижений выражается минимизацией личных достижений и сопровождается чувством самодевальвации, безрезультатности и сомнениями в своих способностях, уменьшением ценности собственной деятельности, а также негативным самовоспри- ятием в профессиональном отношении. Сотрудники испытывают нарастающее чувство неспособности помочь осужденным, результатом чего и становится самообманчивая минимизация своей профессиональной роли и деятельности.

Многие авторы подчеркивают, что выгорание — это не потеря адаптационного потенциала, не реакция на скуку, а эмоциональное истощение, возникающее на фоне стресса, вызванного профессиональным межличностным общением. У сотрудников ИУ, как и у других профессионалов, в психологической картине СВ наблюдаются самые разнообразные нарушения поведения и переживания, обусловленные развитием профессионального стресса с характерными для его запуска и протекания стрессовыми состояниями. К ним относятся: психическая и физическая усталость; ощущение беспомощности и несостоятельности; нежелание идти на службу; раздражительность и агрессивность во время беседы с осужденными; эмоциональные изменения; стремление побыстрее завершить работу; ощущение малой значимости решаемых проблем; подмена продуктивной работы формальным подходом к проблемам осужденных; сомнения в эффективности своей работы; перенос отрицательных эмоций на окружающих; стремление уйти и реализовать себя в иной области; появление и нарастание жалоб на соматическое состояние; социальное отчуждение; снижение качества работы.

К дополнительным признакам и симптомам СВ у персонала УИС относятся: снижение чувства юмора, негативное отношение к себе, чувство безнадежности и апатии, ощущение угнетенности, нарастание ощущений разочарования в жизни, стремление свести общение с сотрудниками до минимума, желание уединиться и отдохнуть от всего, ощущение себя «на пределе возможностей».

Эти данные позволяют рассматривать выгорание как разновидность профессионального (психологического) стресса, как одно из ведущих негативных психофизиологических состояний у сотрудников УИС и, вместе с тем, как системное комплексное явление. Учитывая, что стресс, и первую очередь психологический стресс, — это особое состояние сознания, следует признать СВ не только специфической разновидностью психологического стресса, но и выделить одну из важных причин его возникновения. Она заключается в первичном разрушении сферы сознания сотрудников ИУ под воздействием (интерсубъективным взаимодействием) криминально зараженной (деформированной и духовно дефицитарной) сущности сознания осужденных. Это пусковой «механизм» профессионального стресса, СВ, ПТСР и других психогенных (ноогенных) расстройств сотрудников. В динамике развития нарушений сферы сознания сотрудников ИУ все больше теряются собственные представления о мире, утрачиваются духовные ориентиры, играющие, как показано, важнейшую роль в ресурсной обеспеченности психических процессов. Следующие этапы психического дезадаптоза на оси профессионального стресса в зависимости от известных внешних и внутренних факторов наряду с развитием дальнейшей духовной дисгармонии приобретают «форму» типичных стадий хронического стресса и оформляются либо в развернутую картину СВ, либо в другую психо- и соципатологию. Наблюдаемые при СВ выраженные эмоциональные сдвиги в значительной мере также указывают на экзистенциальную природу этого процесса.

Читайте также:  Аритмия сердца на фоне стресса

Особое внимание исследователей к проблеме СВ у персонала УИС в наши дни обусловлено сложной природой этого феномена, его разрушительным влиянием на личность сотрудника и процесс жизнедеятельности. Очевидно, что особенности профессиональной деятельности, ее высокая эмоциональная, когнитивная и коммуникативная нагруженность вызывают развитие негативных психофизиологических состояний. При недостаточности личностных ресурсов совладания с профессиональными стрессорами, включая дефицитарность или недоразвитее внутренних ценностно-смысловых и нравственных (духовных) детерминант регуляции этих состояний и деятельности сотрудников, повышается риск развития профессионального стресса в форме СВ.

По мнению Л.А. Китаева-Смыка, выгорание как экзистенциальное явление связано со смыслом профессиональной деятельности и жизни в целом, что позволило автору определить СВ как «выгорание души».

Проведенные в последние годы исследования отечественных авторов показали, что у лиц, профессиональная деятельность которых связана с экстремальными факторами, отмечается высокая выраженность признаков системных посттравматических стрессовых нарушений профессиональной этиологии и подверженность данной категории испытуемых профессиональному выгоранию. Изучение роли ценностей личности, проявляющихся в реальном поведении у профессионалов-спасателей, позволило установить, что ценностные структуры образа «Я» обладают детерминирующей ролью в нарушениях психологического благополучия субъекта труда и развития профессионального выгорания. Выявлены особенности преобладающих жизненных ценностей у лиц, подверженных профессиональному выгоранию, и у лиц с высоким уровнем психопатологической стрессовой симптоматики. Показано, что данные ценности являются предикторами развития СВ. К ценностям, повышающим риск возникновения функциональных нарушений, относятся прежде всего ценности власти, гедонизма и достижения. У лица с отсутствием симптомов выгорания и посттравматических нарушений первые места в структуре ценностей занимают ценности универсализма и безопасности.

При этом выявлены статистически достоверные различия между идеальными ценностями и ценностями, реализуемыми на уровне поведения. Так, у более благополучных групп испытуемых, не подверженных действию посттравматического стресса и СВ, представления о идеальных и реализуемых ценностях более согласованы по сравнению с группой дезадап- тантов, для которых свойственно существенное расхождение между идеальными ценностями и ценностями — регуляторами поведения. Установлено, что отсутствие симптомов выгорания тесно связано с высокой выраженностью, проявленностью в поведении ценностей универсализма, безопасности и традиции, в то время как статистически достоверное преобладание в качестве ориентиров поведения ценностей власти и гедонизма является фактором, способствующим развитию неблагоприятной симптоматики.

Как указывают А.Л. Журавлев и Е.А. Сергиенко, дальнейшее изучение СВ и других форм профессионального стресса в зарубежной и отечественной психологии осуществляется сегодня в плоскости анализа совладающего поведения. Его понимание на современном этапе развития психологической мысли как поведения субъекта приводит к выводу о том, что ключевым вопросом профилактики негативных последствий профессионального стресса и его различных специфических проявлений в виде СВ, ПТСР является вопрос о ресурсах человека.

Именно ресурсы, и в первую очередь духовные, позволяют субъекту решать определенные жизненные задачи, в том числе задачи адаптации и преодоления неблагоприятных внешних и внутренних условий более эффективным образом. В связи с этим при профилактики СВ и обеспечении психогигиены пенитенциарного работника необходимо уделять особое внимание его личностным ресурсам, способствовать созданию системы их оценки, восстановления и психологической помощи на разных этапах прохождения службы в УИС.

источник

Стресс и профессиональное выгорание

Значение изучения механизмов стресса и профессионального выгорания с

каждым годом приобретают все больший вес и масштабность. Множество

научных направлений рассматривают стресс как предмет своего исследования,

что породило разноплановость концепций стресса. Как будет описано ниже,

профессиональное выгорание и стресс имеют схожую природу и механизм

В основу развития теории стресса были положены идеи У.Б Кеннона, который

ввел термин «гомеостаз» и исследования И.П. Павлова с его идея целостности и

непрерывности адаптации организма к среде. Значимый вклад в развитие

концепции стресса были сделаны Гансом Селье, физиологом и основателем

международного института стресса. Им были сформулировны ключевые

 Каждый живой организм обладает запасом адаптационной энергии,

 Адаптационная энергия может быть использована в любой момент,

может быть сконцентрирована на одном направлении или распределено

между различными направлениями ответа. Болезнь, старение и смерть

является результатом истощения адаптационной энергии.

 Существует два уровня активации адаптационной энергии: первичный –

требует большой затраты энергии и является ответом на высокую

интенсивность стрессора; Вторичный – требует меньшей затраты энергии

и является ответом на стрессор с меньшей интенсивностью.

 Стрессором может служить любое предъявленное организму действие,

характер стрессора не имеет значение (позитивный или негативный),

значима лишь его интенсивность. Таким образом стрессор –

неспецифическое требование к перестройке.

 Перестройка проходит несколько стадий, каждая из которых имеет свое

время течения, а переход на следующую стадию зависит от уровня

резистентности организма, интенсивности и длительности воздействия

В последующем, исследования Л. Л. Китаева-Смыка поддержали

предположение Г. Селье существование двух мобилизационных уровней

Обобщение результатов исследований, позволило Г. Селье в 1936 году

обосновать гипотезу «общего адаптивного синдрома» — неспецифический ответ

организма на любое предъявленное ему требование.

Данное определение ссылается на терминологию Кеннона, что ввело путаницу

в понимание концепции Селье и породило ее дальнейшую критику.

Чтобы избежать ее в дальнейшем, ниже описаны современные положения

1) Стресс является неспецифической стадийной системной защитной

редуцированной психофизиологической реакцией организма на

повреждение или его угрозу.

2) Шок – это стресс в крайней степени выраженности.

3) Стресс является неспецифической реакцией. Она развивается независимо

от типа стресс-фактора. Это в корне отличается от разнообразных

механизмов регуляции, которые реализуются в разных не экстремальных

4) Стресс не адаптивная реакция, но стресс защитная реакция (аналог –

воспаление). Он основан не только на функциональных, но и на

структурных изменениях. Например, «триада Селье».

5) Стресс является обедненной реакцией на чрезвычайную ситуацию, в

которой снижение индивидуальных отклонений психологических,

физиологических, биохимических и других показателей является

результатом истощения регуляторных механизмов (три

нейроэндокринные стресс-реактивные системы имеют исключительное

доминирование над остальными). Эта стандартизация обеспечивает

неспецифическую защиту, и является оптимальной только в

6) Стресс – это интегративная психофизиологическая реакция на

повреждение или угрозы травмы. Его психологическая составляющая

является оценка степени угрозы и формирование стратегии выживания.

Его физиологическая составляющая обеспечивает энергоснабжение

когнитивных и двигательных функций за счет усиления регулирующих

влияний sympathetic-adrenal-medullary system (SAMS), hypothalamic-

pituitary-adrenal system (HPAS) и endogenous opioid system (EOS).

7) Эндокринные маркеры: повышение уровня энкефалинов, эндорфинов,

динорфинов. Нейрофизиологический маркер: одновременное усиление

индекса вегетативного баланса и падение общей мощности спектра

вариабельности ритма сердца.

8) Ответ организма происходит не на любое действие, нарушающее его

гомеостаз, а на повреждение или его угрозу

9) Стресс является системной реакцией, основанной на динамическом

взаимодействии трёх регуляторных стресс-реактивных систем: САС,

ГГАС и (что особенно важно) ЭОС.

10) Стресс является стадийной реакцией. Стадии стресса связаны с

доминированием одной из стресс-реактивных систем:

— Стадия тревоги. Физиологически осуществляется посредствам

экстренной активации симпатоадреналовой системы (САС). Направлена

на активацию висцеральных и психических функция, является

чрезвычайно энергозатратной. Подобный механизм позволяет

мобилизировать силы организма для быстрого реагирования, основная

задача – обеспечить максимальную эффективность мышц «борьба или

— Стадия резистентности. Физиологически осуществляется посредствам

усиления катаболических процессов, мобилизации остаточных

энергетических ресурсов и активации гипотоламо-гипофизирно-

адреналовой системы (ГГАС). Стадия сопротивления направлена на

привыкание к уровню испытываемого напряжения. Обеспечивает

устойчивый значительно высокий уровень энергетики.

— Стадия истощения. Реализуется за счет эндогенной опиоидной системы

(ЭОС). Происходит торможение большинства систем организма.

Обеспечивает максимальную экономию энергии.

Механизм третей стадии стресса был открыт сравнительно недавно. В

классической триаде Селье, стадия истощения представлена как полная

дезинтеграция регуляторных и исполнительных механизмов.

Именно с этой стадией развития стресса В.В. Бойко сравнивал

С момента обозначения данного феномена в 1974 году проведено значительное

количество исследований и выработано много концепций по данной теме. В

тоже время существует достаточное количество противоречий и сложностей в

понимании данного феномена. Возникают вопросы и сточки зрения точности и

надежности методологии изучения. До сих пор не сформировано единого

понимания самого понятия «выгорание», которое во многих литературных

источниках тождественно понятию «стресс».

Согласно одному из обобщенных определений, профессиональное выгорание –

многообразный феномен, выражающийся в психических и физических

реакциях на напряженные ситуации в трудовой деятельности.

Термин выгорание (burnout) был введен Френденбергом в 1974 году,

изначально характеризовал чувство собственной бесполезности и

изнеможения. Началом исследования Френдбергом этого феномена послужили

жалобы пациентов, работающих в коммуникативной области труда.

Можно выделить три группы симптомов профессионального выгорания:

психофизиологическая (усталость, эмоциональное и физическое истощение,

снижение восприимчивости и реактивности, астения, головные боли, колебания

веса, бессонница, заторможенность, одышка, снижение сенсорной

чувствительности); социально-психологическая (пассивность, повышенная

раздражительность, эмоциональные «срыв» или «уход в себя», повышенная

тревожность, негативная установка на жизненные и профессиональные

перспективы); и поведенческая (дистанцированность от сотрудников и

клиентов, ошибки при выполнении работы, пассивность, избегание своих

профессиональных обязанностей, несдержанность в общении с клиентами,

отказ от выполнения заданий, частые опоздания и увеличение

Последствия профессионального выгорания негативно сказываются не только

на сотруднике, но и непосредственно влияют на качество трудовой

деятельности, эффективность экономической и управленческой деятельности

Взглядов на причину возникновения профессионального выгорания достаточно

много. Ю.В. Щербаков предлагает классифицировать факторы возникновения

на объективные (внешние, независящие от личности сотрудника) и

субъективные (личностные особенности человека).

Б.В. Овчинников, А.И. Колчев выделили четыре, свойственных любой

профессиональной деятельности, стрессогенных фактора: коммуникативные,

информационные, эмоциогенные, физиолого-гигиенические.

Специалистами выделено пять групп риска, в которых люди наиболее

подвержены профессиональному выгоранию:

1. Сотрудники, трудовая деятельность которых основана на коммуникации

и общении с другими людьми. Профессии «человек — человек».

2. Люди, которые испытывают внутренний конфликт, в связи с их работой.

Противоречие между личными ценностями и нормами и корпоративными

3. Новая обстановка и условия трудовой деятельности. Перемена нагрузки,

уровня сложности и интенсивности трудовой деятельности.

4. Условия нестабильности и страха потерять рабочее место. Причиной

такой нестабильности может быть как экономическая ситуация, так и

стратегия руководства с целью управления кадрами.

5. В группу риска входят жители мегаполисов и крупных городов, в

которых человек живет в условиях навязанных нежелательных

коммуникация с большим количеством незнакомых людей в

источник

Н. Водопьянова, Е. Старченкова

Профессиональное выгорание представляет собой стресс-синдром как совокупность симптомов, которые негативно сказываются на работоспособности, самочувствии и интерперсональных отношениях субъекта профессиональной деятельности. В соответствии с моделью К. Маслач выгорание является ответной реакцией на профессиональные стрессы, состоящей из трех компонентов: эмоционального истощения, деперсонализации и редукции персональных достижений [46]. Эмоциональное истощение проявляется в ощущениях эмоционального перенапряжения, усталости, исчерпанности эмоциональных ресурсов. Деперсонализация представляет собой негативное, циничное, бездушное отношение к реципиентам. Редукция персональных достижений проявляется в снижении чувства компетентности в своей работе, негативном самовосприятии в профессиональном плане.

Первоначально психическое выгорание (burnout) изучалось в основном в профессиях коммуникативных (врачи, медсестры, социальные работники, учителя и др.), в которых наиболее часто встречаются эмоционально насыщенные контакты с реципиентами. Однако в настоящее время список профессий, подверженных выгоранию, существенно расширен. Это связано с тем, что взаимодействие с реципиентами или коллегами свойственно многим профессиям, к тому же деперсонализация в концепции выгорания в настоящее время многими авторами заменяется на понятие «цинизм» — бездушное, циничное отношение к реципиентам, коллегам, организации, предмету своего труда [52]. Наличие совокупности относительно устойчивых проявлений стрессового реагирования в типичных профессионально-трудных условиях (истощение, цинизм, редукция персональных достижений) позволяет рассматривать выгорание как один из видов стресс-синдромов.

В специальной литературе ведется широкая полемика по вопросу соотношения таких понятий, как «стресс» и «выгорание». Несмотря на растущий консенсус концепции выгорания, к сожалению, до сих пор в литературе отсутствует четкое разделение между феноменами стресса и выгорания. Это нашло свое отражение и в ряде концептуальных подходов к выгоранию как в зарубежной, так и в отечественной психологии. Согласно концепции Г. Селье, стресс определяется как общий адаптационный синдром, включающий в себя три стадии: тревога, резистентность, истощение. С этой точки зрения выгорание олицетворяет третью фазу (фазу истощения), для которой характерно наличие необратимых изменений в организме и исчерпанность физиологических ресурсов. Не случайно в работах по стрессу вообще и профессиональному стрессу в частности понятия «выгорание» и «профессиональный стресс» часто употребляются вместе.

Читайте также:  Ароматерапия как борьбы со стрессом

Многие исследователи полагают, что выгорание выступает как отдельный аспект профессионального стресса в том, что оно определяется и исследуется в основном как модель ответных реакций на хронические рабочие стрессоры [56, 42]. В таком случае выгорание представляет собой следствие профессионального стресса, в котором модель эмоционального истощения, деперсонализации и редуцированных персональных достижений является результатом действия разнообразных рабочих требований (стрессоров), особенно межличностной природы. Выгорание возникает в тех стрессогенных ситуациях, когда адаптационные возможности субъекта труда превышены.

Н. В. Гришина [7] подчеркивает, что выгорание должно рассматриваться как особое состояние человека, являющееся следствием профессиональных стрессов, адекватный анализ которого нуждается в экзистенциальном уровне описания, поскольку развитие выгорания не ограничивается только профессиональной сферой, а проявляется в различных ситуациях бытия человека; болезненное разочарование в работе как способе обретения смысла окрашивает всю жизненную ситуацию.

В. В. Бойко [2] рассматривает феномен «эмоционального сгорания» как механизм психологической защиты в форме полного или частичного исключения эмоций в ответ на избранные психотравмирующие воздействия. Согласно данной концепции, синдром выгорания рассматривается как динамический процесс, возникающей поэтапно в соответствии с развитием механизма стресса (фазы тревоги, резистенции, истощения). Таким образом, открытым остается вопрос о специфике выгорания в данном контексте и его принципиальном отличии от стресса.

Исследования показывают наличие тесной связи между стрессом и выгоранием. Дж. Поулин и К. Вальтер [51] в лонгитюдном исследовании социальных работников обнаружили, что увеличение уровня выгорания связано с увеличением уровня профессионального стресса.

М. Рове [56] получил данные о том, что лица, переживающие выгорание, имеют более высокий уровень психологического стресса и меньшую устойчивость, выносливость (hardiness).

Основываясь на результатах ряда исследований, Е. Перлман и Б. Хартман [48] предложили модель, которая рассматривает выгорание в аспекте профессиональных стрессов. Три измерения выгорания отражают три основные симптоматические категории стресса:

  • • физиологическую, сфокусированную на физических симптомах (физическое истощение);
  • • аффективно-когнитивную, сфокусированную на установках и чувствах (эмоциональное истощение, деперсонализация);
  • • поведенческую, сфокусированную на симптоматических типах поведения (деперсонализация, сниженная рабочая продуктивность).

Модель включает четыре стадии развития стресса. Первая стадия отражает степень, в которой рабочая ситуация способствует стрессу. Существует два наиболее вероятных типа ситуаций, при которых возникает стресс. Первый тип ситуаций — навыки и умения субъекта труда являются недостаточными, чтобы соответствовать воспринимаемым или действительным профессиональным требованиям. Второй тип ситуаций — работа не соответствует ожиданиям, потребностям или ценностям субъекта труда. Говоря другими словами, стресс вероятен, когда существует противоречие между профессиональной компетентностью субъекта труда, его ожиданиями и требованиями со стороны рабочих ситуаций. Вторая стадия включает в себя восприятие, переживание стресса. Многие ситуации, способствующие стрессу, не приводят к тому, что люди считают себя находящимися под воздействием стресса. Движение от первой стадии ко второй зависит от субъективной оценки стресс-факторов, ресурсов личности, а также от ролевых и организационных переменных. Третья стадия содержит три основных класса реакций на стресс (физиологические, аффективнокогнитивные, поведенческие), а четвертая представляет собой последствия стресса. Согласно мнению авторов, выгорание как многогранное переживание хронического эмоционального стресса находится на четвертой стадии, представляя собой результат реакции на продолжительный стресс.

Переменные, значимо связанные с выгоранием, разделяются на организационные и индивидуальные характеристики и воздействуют на:

  • • восприятие субъектом своей профессиональной роли и организации;
  • • ответную реакцию на это восприятие;
  • • реакцию организации на симптомы, проявляющиеся у работника (на третьей стадии), которые затем могут привести к последствиям, обозначенным на четвертой стадии.

В зависимости от того, насколько эффективно преодолевающее поведение субъекта деятельности, будет происходить возвращение к первоначальным стадиям модели, включая субъективную оценку стресса. Именно с этой точки зрения должна пониматься многомерная природа выгорания. Поскольку организация реагирует на симптомы проявления стресса, то возможны разнообразные последствия, например неудовлетворенность работой, снижение лояльности по отношению к организации, текучесть кадров, профессиональное выгорание.

Макманус [26] изучал взаимосвязи между стрессом и выгоранием на выборке врачей (п = 331) в 3-летнем лонгитюдном исследовании. Результаты показали, что уровень выгорания изменился: деперсонализация осталась на том же уровне, тогда как уровень эмоционального истощения увеличился, а самооценка профессиональных достижений снизилась. Построенная на результатах исследования модель показывает причинную циклическую взаимосвязь между стрессом и выгоранием. Эмоциональное истощение приводит к возрастанию стресса у врачей, а стресс приводит к возрастанию эмоционального истощения. Другие компоненты выгорания также влияют на переживание стресса, хотя ни один из них им не обусловлен. Деперсонализация (цинизм) уменьшает уровень стресса преимущественно через действие эго- защитного механизма. И наоборот, самооценка персональных достижений увеличивает уровень стресса как непосредственно, так и опосредованно через возрастание эмоционального истощения. Таким образом, профессиональный стресс и синдром выгорания рассматриваются как пересекающиеся, но не совпадающие полностью психические явления.

Интересным представляется вывод исследователей о том, что свойственное современной организационной среде постоянное требование более высоких профессиональных стандартов в деятельности медицинского персонала приводит к увеличению уровня стресса и выгорания у врачей, в то время как деперсонализация действует в качестве защитного механизма, снижающего уровень стресса. Поскольку самые сильные статистические связи (paths) в модели включали эмоциональное истощение, программы, направленные на снижение уровня стресса, вероятно, должны быть направлены на уменьшение уровня эмоционального истощения, например, через оптимизацию технологий, рабочих процессов, уменьшающих рабочие нагрузки. Роль деперсонализации (цинизма) следует рассматривать как адаптивную, тогда как ощущение несоответствия стандартам профессиональной успешности может быть неадаптивным, увеличивая стресс и выгорание.

В. Е. Орел [26, 27] считает, что психическое выгорание — это дисфункция, вызванная воздействием профессиональной деятельности на личность, наиболее отчетливо проявляющаяся в сфере субъектных видов труда. Он полагает, что стресс не является причиной выгорания, которое имеет сугубо профессиональную направленность. Исходя из имеющихся исследований структуры выгорания делается вывод о его близости к категории психических состояний. В частности, структура психического выгорания включает три основных компонента: эмоциональный (психоэмоциональное истощение), мотивационный (цинизм) и оценочный (самооценка профессиональной эффективности).

Трудно согласиться с тем, что стресс не является причиной выгорания. Кумулятивный эффект воздействия стресс-факторов рабочей среды, согласно мнению большинства исследователей в области выгорания, приводит к возникновению основной триады его проявлений. Действительно, не любой вид стресса, а только те, которые имеют отношение к профессиональной деятельности, могут привести к возникновению специфических симптомов данного стресс-синдрома. К таким проявлениям относятся прежде всего редуцирование самооценки профессиональной успешности и развитие циничных установок по отношению к реципиентам и выполняемой деятельности. При этом многие исследователи [53] указывают на неспецифичность такого компонента выгорания, как эмоциональное истощение, сопровождающего протекание многих других психических состояний (стресс, депрессия и др.)

Вместе с тем, несмотря на общность механизмов возникновения и сходную картину протекания, существуют определенные различия между стрессом и выгоранием, которые проявляются, прежде всего, в длительности этого процесса. Выгорание, согласно мнению ряда авторов, является длительным процессом исчерпывания ресурсов индивидуума без возможности их адекватного восстановления. В ресурсных концепциях выгорания Широм и Езрахи [55] предполагают, что на ранних его стадиях люди пытаются противостоять профессиональным стрессорам путем использования имеющихся у них ресурсов. На этой стадии у работников часто наблюдается напряженность, тревожность и фрустрация из-за недостаточности ресурсов, которые могут повлиять на решение проблем. Следствием такого поведения является эмоциональное истощение, чувство деперсонализации и неудачи и различные сопутствующие негативные переживания, такие как тревожность и депрессия.

Циклы потери ресурсов при выгорании являются медленными, иллюзорными и даже намеренно скрываемыми работниками, профессиональными союзами, рабочими правилами и присущей людям потребностью верить в то, что их работа ценится. Например, учителя имеют один из наиболее высоких рейтингов выгорания среди других профессий. Во многих образовательных учреждениях тяжелая работа учителей, первоначальное усердие, идеализм и чувство достижения результатов часто не ценятся. Такие факторы, как большое помещение класса, отсутствие необходимых дидактических материалов, оборудования, недостаток льгот, низкая зарплата приводят к постоянной потере ресурсов. Однако еще большую роль играет вложение средств без последующего их поступления. Циклы потерь незаметно, постепенно исчерпывают личностные ресурсы, и такая ситуация очень характерна для выгорания.

Другое существенное отличие между выгоранием и стрессом кроется в специфике влияния на поведение и деятельность субъекта. Если

пз стресс как адаптационный синдром может мобилизовать все стороны психики человека и не только снижать показатели эффективности профессиональной деятельности, но и улучшать их, то выгорание приводит к снижению самооценки в области профессиональной успешности и в дальнейшем к ухудшению показателей деятельности [33].

Еще одно отличие выгорания от стресса — степень его распространенности. В отличие от стресса, возникающего во множестве социальных ситуаций (война, стихийные бедствия, безработица, болезнь, семейные проблемы и т. п.), выгорание представляет собой профессиональный синдром, который наиболее ярко проявляется в социальноориентированных профессиях.

Таким образом, в отличие от стресса, который может вызывать временные нарушения умственной и физической активности индивида, выгорание представляет собой хроническое дисфункционирование и является относительно самостоятельным феноменом, отличительными особенностями которого являются его дезадаптационный характер и профессиональная направленность.

Рассмотрение выгорания как специфического стресс-синдрома требует его сопоставления с состояниями, отрицательно влияющими на эффективность трудовой деятельности человека. Негативное воздействие на результаты труда и снижение показателей продуктивности деятельности сближает выгорание с группой неблагоприятных функциональных состояний сниженной работоспособности, а также с «неравновесными состояниями» [17, 28]. Состояния сниженной работоспособности (ССРс) имеют общие характеристики, такие как снижение показателей продуктивности, ухудшение работоспособности, наличие перерывов в деятельности вплоть до полного отказа от ее выполнения, нарушение оптимального сочетания скоростных и точностных параметров деятельности и др. Данные характеристики отдельных состояний в определенной степени совпадают с особенностями деятельности профессионала, переживающего выгорание, на уровне их проявлений.

С другой стороны, выгорание имеет определенные особенности, отличающие его отданной категории состояний. Общим отличительным признаком выгорания является его принадлежность к профессиональной деятельности, в то время как конкретные составляющие группы ССРс могут присутствовать и в других ее видах (учебной, спортивной). Кроме того, симптоматика выгорания является более разнообразной и разнонаправленной, чем у большинства рассматриваемых состояний сниженной работоспособности.

Утомление представляет собой функциональное состояние, возникающее в результате интенсивной и/или длительной нагрузки и проявляющееся во временном нарушении ряда физиологических и психических функций субъекта, а также в снижении эффективности трудовой деятельности. Основными показателями утомления являются: снижение работоспособности, сопровождаемое чувством слабосилия; расстройство когнитивных процессов и внимания; нарушения в моторной сфере, выражающиеся либо в снижении темпа движений, либо в ускорении; преобладание мотивации на завершение работы и отдых. Основное различие между выгоранием и утомлением заключается в том, что в последнем случае человек может достаточно быстро восстановить свои физические и психические ресурсы, в то время как выгорание — в большей степени процесс необратимый.

Под монотонней понимается состояние сниженного сознательного контроля выполнения деятельности, вызванное ее однообразием. Оно сопровождается переживаниями скуки, сонливости, потерей интереса к работе, усталостью. Отмеченные симптомы являются идентичными и для характеристики выгорания, что обусловливает сходство между анализируемыми состояниями. Однако выгорание имеет ряд существенных отличий. Состояние монотонии обычно порождается специфической деятельностью, характеризующейся однообразием выполняемых заданий, повторяющимися стереотипными действиями, обедненной внешней средой. В этом плане данное состояние возникает в ограниченном круге профессий (например, конвейерный труд). Выгорание является следствием выполнения более разнообразного и творческого труда, накладывающего интенсивные эмоциональные нагрузки на субъект профессиональной деятельности.

Другое отличие касается детерминант монотонии и выгорания. Например, повышенная мотивация к работе и чувство ответственности может компенсировать неблагоприятные свойства монотонного труда и преодолеть тем самым негативные последствия скучной и однообразной работы в виде монотонии. В то же время отмеченные характеристики мотивационной сферы могут, наоборот, способствовать возникновению выгорания в случае наличия противоречия между высоким уровнем мотивации и невозможностью реализоваться в конкретной деятельности [17].

Сходными являются и различия между выгоранием и психическим пресыщением, под которым понимается состояние неприятия слишком простой и субъективно неинтересной или малоосмысленной деятельности, которое проявляется в выраженном стремлении прекратить работу или внести разнообразие в заданный стереотип исполнения. По характеру своего проявления психическое пресыщение сходно с монотонней (хотя отличия, безусловно, имеются), поэтому указанные выше различия между монотонней и выгоранием можно отнести и к данному феномену.

Сравнение существующих подходов показало наличие разных точек зрения на понимание места выгорания в традиционной парадигме психологического стресса. Можно сделать вывод о том, что выгорание, по-видимому, не является особым видом стресса, хотя с точки зрения своего развития может быть отнесено к последней стадии стресса (истощение), оно имеет ряд существенных отличий, которые позволяют рассматривать его как самостоятельный феномен. Рассмотренные подходы позволяют сделать вывод о том, что выгорание тесно связано с действием различных стресс-факторов рабочего контекста и представляет собой следствие профессиональных стрессов. Кумулятивный эффект воздействия рабочих стрессоров приводит к развитию специфического синдрома выгорания в виде совокупности проявлений (эмоциональное истощение, деперсонализация и редукция персональных достижений), образующих определенную структуру, когда адаптационные возможности по совладанию с профессиональным стрессом субъекта труда превышены.

источник